Впрочем, актрисой она расхотела становиться довольно рано — лет в шесть. С того самого момента, как твердо решила быть, как папа, журналистом. А папа, сколько она помнила, всегда работал журналистом-международником. Их семья жила то в Праге, то в Лондоне, то в Варшаве. Снимал репортажи. Потом они переехали в Москву, и Алена влилась в журналистский мир. Вечно у них в доме толпились коллеги отца, на кухне не прекращались жаркие споры о стиле, о лживых передовицах, о корректорах-занудах, о редакторах и о вреде цензуры.

В общем, она еще до школы знала, что пойдет по проторенной отцом дорожке. Она мечтала об интересной работе, сопряженной с риском в «горячих точках» планеты. Ее совершенно не прельщало стоять перед телекамерой, поэтому она и пробовать не стала поступать на тележурналистику. Наоборот, ей хотелось писать для газет и журналов, только не об Иварах Скрипках, разумеется. «Подарок», который ей преподнесла судьба в виде неожиданной карьеры в области рекламы женских гигиенических средств, был Алене и вообще ни к чему. Можно узнать кухню этого дела, посмотрев изнутри. Но зачем ей это?! Если подойти более профессионально, то нужно «раскрутить» девушек, которые уже снялись в роликах и поимели все прелести этой неблагодарной работы. Собственно, это она и собиралась сделать, вот и надо действовать.

Сразу с «Мосфильма» она поехала на Курский вокзал, села в электричку, следующую до Электростали, чтобы отыскать Ингу. То, что это не составит труда, она знала наверняка. Из Лялькиных рассказов она помнила, что девушка работала в спортивном клубе «Стиль» инструктором по шейпингу. Значит, надо сойти с электрички и узнать, где находится этот клуб. Скорее всего где-то в центре, клуб небось элитный и не может находиться на заводской окраине. Так и вышло. На пыльной привокзальной площади маленького подмосковного городка она сразу же приметила толстую доисторическую тумбу, сплошь заклеенную выцветшими объявлениями — о матче местной хоккейной команды, о концерте художественной самодеятельности в клубе металлургов, о продаже «недорого» квартир и гаражей… Вот! Свеженькая реклама с предложением посетить клуб «Стиль», находящийся на проспекте Ленина. В том, что проспект Ленина — центральная улица городка, — Алена не сомневалась, а как же иначе! И поехала по указанному адресу.

Спустя пятнадцать минут она открыла претенциозную дубовую дверь и вошла в довольно уютный вестибюль спортивного клуба. Внутри ничего не напоминало о том, что клуб располагался в старом здании, покрытом снаружи облупившейся желтой краской. Здесь было все как в лучших московских заведениях такого рода, — зеркала, мраморные полы и навесные потолки. Девушка за стойкой выглядела тоже по-столичному надменно. Впрочем, при виде Алены она расплылась в приветливой улыбке и слегка наклонилась в ее сторону, ожидая вопроса.

Алена не стала ее томить.

— Я ищу Ингу. Она работает инструктором по шейпингу, — бодро проговорила она, наблюдая за реакцией девушки.

На лице девицы отразилась целая гамма чувств, из чего стало понятно, что, во-первых, Алена пришла по адресу, но, во-вторых, Инга здесь больше не работает. Так и оказалось.

— Она уволилась около трех недель назад, — был ответ, причем сразу стало понятно, что выражение «уволилась» в конкретном случае используется разве что из жалости к Инге.