– Третье. Мой дед работал, а отец все еще работает. Начинает поговаривать о пенсии, но я-то его хорошо знаю. К этой работе вроде как прикипаешь душой, – пояснил Хью.

Рина вспомнила о лабиринте. Ей хотелось вернуться туда, преодолеть испытание быстрее, точнее, успешнее.

– Да, я знаю.

– Но ему уже пятьдесят пять. Люди – штатские – на самом деле не понимают, каковы физические нагрузки.

– А также эмоциональные и психологические.

– Да, и это тоже. – Хью откинулся на спинку стула и окинул ее изучающим взглядом. – Физически ты справляешься. Лабиринт не для слабаков. И ты работала в горящих зданиях, продержалась пару тяжелых смен. Комплекция у тебя хорошая, как у этой… как ее… борзой.

В последнее время по части свиданий Рина попала в засушливую зону, но она еще не забыла, как флиртовать.

– А я уж думала, ты не заметил.

Ей нравилась мгновенно вспыхивающая у него на лице задорная ухмылка. Эта ухмылка говорила, что он мужчина, знающий, кто он, что он и что ему нужно.

Вот и сейчас она блеснула у него на лице.

– Я заметил. Особенно когда ты бежала стометровку в Академии в этих маленьких шортиках. Ну, как бы там ни было, большинству женщин физические нагрузки не под силу.

– Большинству мужчин тоже.

– Безусловно. Я вовсе не имел в виду, что женщины чем-то хуже. – Хью вскинул руку. – Я только хочу сказать, что немногие из знакомых мне женщин на это способны. У тебя есть выносливость, интуиция, мозги. И отваги тебе тоже не занимать. И я не понимаю, почему ты не вступаешь в ряды.

Рина взяла еще один начо. Она знала, что Хью скуп на похвалы. Поэтому она восприняла его слова серьезно и дала ему серьезный ответ.

– Я об этом подумывала, иногда меня это очень увлекает. На тренировках, или когда я отрабатываю смену. Но тушение пожаров – не мое призвание. Я хочу знать механизм пожаров. Как они возникают, почему, кто их зажигает и, опять-таки, почему. Вот что меня привлекает. Чтобы вбежать в горящее здание, требуется исключительная смелость.

– Я видел, как ты это делаешь, – напомнил Хью.

– Ну, понимаешь, я должна была это сделать, чтобы понять, как это делается. Но это не дело моей жизни. Я хочу войти в здание после, когда ваша работа будет уже закончена, восстановить картину и понять почему.

– В департаменте есть пожарные инспектора. Мингер – один из лучших.

– Да, об этом я тоже подумывала. Джон один из моих главных героев. Но… но есть еще кое-что, чего многие штатские не понимают. Поджог. Что он творит, и не только с собственностью. Что пожар, вспыхнувший вследствие поджога, делает с людьми, с жилыми кварталами, с бизнесом, с экономикой. С городом. – Рина подняла истекающий маслом начо, пожала плечами, чтобы снять лишний пафос. – Такова моя миссия в жизни. Ты тушишь пожары, Фицджеральд. А расчистку буду проводить я.

– Еще рано, – сказал Хью, поднимая голову.

– Рано, – согласилась Рина. Ей было досадно, что они так мало встречались. Всего пара ни к чему не обязывающих свиданий. Ей этого было мало, чтобы решиться на нечто большее. – Но…

Хью поморщился, но в его больших красивых глазах озерного цвета светились веселые искорки.

– Я так и знал, что ты это скажешь. Может, сходим на матч на этой неделе?

– Я с удовольствием.

– Я тебе позвоню, договоримся.