– Итак, Ковбой, что ты делаешь у нас во Флориде?

– Хочу поговорить с Гетманом.

– О чем?

– О том, как нам выиграть войну.

– Неплохо, – засмеялась Сара. – А я уж подумала, что ты приехал повидаться со мной.

«Да она заигрывает, – с удовольствием отметил Ковбой. – Ладно, я не против».

– Знаешь, Сара, я часто вспоминаю то замечательное пиво, которым нас угощали «Серебряные апачи». Прекрасно мы все‑таки с тобой провели тогда время. – Он внимательно присматривался к девушке, следил за выражением ее лица. – Ты по‑прежнему работаешь на Гетмана?

– Да, пока я в его команде. Те, кто по другую сторону баррикад, меня к себе не возьмут.

– Значит, мы по‑прежнему союзники?

– Да, – улыбнулась Сара. – Разумеется.

«Так‑так. Да, похоже, она и впрямь рада мне».

– Когда ты можешь свести меня с Гетманом?

– Сейчас его нет в городе. А связаться с ним я смогу только вечером.

Потягивая пиво. Ковбой разглядывал Сару. А ведь щеки у нее не накрашены, она просто разрумянилась. Он улыбнулся про себя: «Неужели от волнения?»

– Аркадий мертв, – сообщил Ковбой. – Я сбил его самолет.

Сара некоторое время обдумывала эту информацию. Румянец на щеках стал ярче.

– Хорошо, – наконец сказала она. – Но война ведь не заканчивается?

– Конечно, нет. Если учесть, кто стоит за Аркадием. Но мы получили короткую передышку. – Ковбой продолжал разглядывать девушку.

– И зачем нужна передышка?

Он подробно рассказал о фирме «Темпель», о ее теперешнем председателе Генри Куцейро, который родился в космосе и никогда не ступал на Землю, лишь презрительно посматривая на нее из своего орбитального жилища. Рассказал о старике Альбрехте Руне, который существовал теперь в новом молодом теле, о сложной борьбе за власть в совете директоров, о запутанной сети финансовых рычагов, управляющих миром. О том, как можно повлиять на исход голосования, если умело надавить на некоторых из совета директоров.

В заключение Ковбой сказал, что многое в его рассказе основано на догадках, поскольку почти все сведения строго засекречены, но кое о чем догадаться можно. Надо лишь внимательно изучить доступные документы.

– А если твой план не сработает? – спросила Сара, когда он замолчал.

– Тогда сбежим, обрубим концы.

– Сомневаюсь я, Ковбой, что ты вовремя поймешь, когда нужно смыться. Мы с Даудом не собираемся погибать вместе с тобой. Гетман, думаю, тоже.

– Вы сможете выйти из игры в любой момент. Я не буду вам мешать. Обещаю.

Сара посмотрела на него долгим взглядом. Ее терзали сомнения. Наконец она решилась:

– Ладно, будь по‑твоему. – Девушка подошла к окну, потом тихо, словно обращаясь сама к себе, спросила: – А ты уверен, что мы победим?

– Да. Если Рун нам поможет.

– Завидую тебе. Я вот никогда не верила в победу, хотела лишь как‑то продержаться, выжить, заработать нам с Даудом билет на орбиту. Других планов у меня никогда не было.

– Значит, ты мечтала о теплом местечке в космосе?

– Черт возьми, как хреново все получилось! Я продала душу дьяволу из‑за этого билета! Но оказалось, дьяволу на меня наплевать. Я для орбиталов как была быдлом, так быдлом и осталась. – Она отошла от окна и тяжело вздохнула. – Возможно, они бы приняли Дауда, окажись у него достаточно денег. Орбиталы, конечно, морщились бы, воротили нос, но от денег бы не отказались.