– Фарфилд шел по краю берега и оступился, – так я представила инцидент.

– Вода такая холодная, просто ледяная. Я надеюсь, он не простудится. С другой стороны, если бы он заболел, он остался бы у нас дольше, – сказала она, хитро улыбнувшись.

– Все же нужно приготовить ему горячую ванну, Хедер.

Позднее Банни сообщил, что его поиски тоже не дали результатов.

– Этот шифр, скорее всего, у Сноуда, – сказала я.

Инстинктивно я понимала, что со Сноудом такой номер не пройдет. Он бы искупал меня без колебаний. Происшествие положило конец флирту Фарфилда со мной. Тетушка заметила, что он стал держать себя с холодной официальностью и осуждала его за это, считая, что неприятность произошла по его собственной вине; я ее не пыталась разубедить.

– Это не значит, однако, что для замужества он стал менее заманчивой кандидатурой, – напомнила она.

– Но за карточным столом он совсем неподходящая партия, – дразнила я ее.

– Так как ты, дорогая моя, не любительница виста, надо постараться наладить с ним отношения во время Сезона в Лондоне. Надеюсь, ему не взбредет в голову опять сесть за игру сегодня. Как жаль, что Фарфилду не хватает таланта Сноуда, а Сноуду – положения Фарфилда. Но такова жизнь. Нельзя встретить все преимущества в одном человеке.

– Вы совершенно правы, тетушка. Поэтому, должна вам сказать, что мне лично Сноуд более симпатичен, – продолжала я подзадоривать.

– Настоящую леди судят по мужу, Хедер. Думаю, что ты предпочтешь голубой цвет черному.

– Почему вы называете его черным, тетя? – Я думала, она имеет ввиду характер.

– Потому что у него черные волосы и темные глаза, почему же еще?

Уловив в ее взгляде тревогу, я поняла, что даже такой строгий судья, как миссис Ловат, считает его привлекательным.

– Красота уходит, а деньги и титул остаются, – заявила они решительно. – Должна сказать, меня очень приятно удивили его изысканные манеры и умение играть в вист.

Для меня способность к карточным играм не представляла большой ценности. Все же, несмотря на очевидную разницу в их социальном положении, я чувствовала, что Сноуд был бы более интересным партнером. Но тут я вернулась к реальной жизни. Вспомнив, что оба они предатели, и я была бы рада видеть, как их обоих в наручниках повезут в Лондон.

Глава тринадцатая

Я предложила молодому дворовому парню помогать Сноуду на голубятне. Кассиди, так его звали, был в восторге. Это было намного легче и интереснее, чем колоть дрова и носить уголь. Его пыл не остыл даже, когда я заметила, что ему все же придется выполнять эти обязанности частично, половину дня.

– Со временем я смогу перейти на голубятню на полный день, – сказал он, расплывшись в широкой улыбке.

Кассиди было всего четырнадцать лет, но для своего возраста он был очень смышленым пареньком.

– Я люблю птиц, мисс, и умею с ними обращаться. Повар всегда мне поручает собирать яйца в курятнике. Она говорит, что у меня легкая рука.

– Ступай наверх и спроси у Сноуда, в какое время ты будешь ему нужен, а до этого ты должен будешь наносить достаточно угля и дров в кухню для миссис Гиббонс.

Ленч прошел скучно. Когда все встали из-за стола, я спросила лорда Фарфилда, не хочет ли он подняться к Сноуду и отобрать нужных ему голубей. Он согласился. Банни пошел с нами. Кассиди уже приступил к работе: наполнял водой чашки для голубей, подметал пол. Я подумала, что он, вероятно, надеялся, что ему поручат более интересную работу.