— Ужас какой… — Кристина зябко повела плечами. — А дальше? Как ты выбрался? Нашёл выход из подземелья?

— Почти. Пробил новый.

Кристина покачала головой. Пробормотала:

— Нужно обязательно доложить о покушении господину Витману.

— Согласен, — кивнул я.

— Но кто может на тебя охотится теперь? Белозеров ведь мертв?

— Белозеров был всего лишь исполнителем. А охоту, видимо, продолжает тот, кто его нанял.

— Но зачем? Ведь заговор раскрыт? Кому ты теперь-то мешаешь?

Я пожал плечами:

— Гадать можно бесконечно. Я и сам по себе кое для кого — та ещё заноза. Плюс, с недавних пор служу в тайной канцелярии.

Кристина нахмурилась:

— Но твоя служба — секретная информация! О том, что ты работаешь на тайную канцелярию, никто не знает.

Я развёл руками:

— Ты хочешь сказать: «Никто не должен знать». Но ведь существует человек, который собирается похитить великую княжну из-под носа у её охраны. Не удивлюсь, если этот кто-то обладает очень серьёзными возможностями. На уровне ближайшего окружения Императора.

Кристина помотала головой:

— Не может быть! Государя окружают исключительно преданные люди.

— Похвальная убеждённость, — кивнул я. — Но, сама подумай — если бы это было действительно так, для чего понадобилось городить огород со сменой личин?.. Нет. Предатель — где-то рядом. Скорее всего, это очень высокопоставленный человек. У господина Витмана наверняка есть предположения, кто он. Но нет доказательств. И господин Витман планирует раздобыть эти доказательства во время похищения.

— Мне он ничего об этом не говорил.

— Не поверишь — мне тоже. Он и не скажет. У нас с тобой не тот уровень допуска, чтобы обсуждать с начальством такие вещи. Но думать-то нам никто помешать не может.

— И ты полагаешь, что на тебя охотится этот же человек?

— Может быть, так. А может, и нет. Надеюсь, у господина Витмана есть свои предположения на этот счёт. И что он не откажется ими поделиться.

— Я свяжусь с ним, как только вернёмся в отель, — пообещала Кристина.

— То есть, прямая связь с отцом у тебя всё-таки есть? — усмехнулся я.

Кристина потупилась. Пробормотала:

— Со службой это никак не связано! Ты ведь тоже можешь, если понадобится, просто взять и позвонить своим родным.

— Могу, — сжалился я. Потрепал её по плечу. — Буду благодарен, если ты всё ему расскажешь. Пусть лучше ты, чем я. Вокруг меня в последнее время — какой-то нездоровый ажиотаж. Не хватало ещё засветиться.

Я припомнил объяснение Мишеля с великой княжной. Потом драку с москвичами. Потом ночной визит Полли…

А Кристина вдруг улыбнулась:

— Кстати. Поздравляю.

— С чем? — искренне удивился я.

— С победой, конечно! Серж — отличный капитан, он всех нас ободрял и поддерживал. Но я-то видела, что очень расстроен из-за твоего исчезновения. Без тебя мы бы не выиграли.

— И я тебя поздравляю, — кивнул я. — Теперь осталась ерунда — завершить операцию.

Между тем музыка и овации загремели громче. Мы вышли из форта и направились к стартовой площадке.

С трибун летели цветы и мягкие игрушки. Болельщики поднимали плакаты с нашими изображениями. Боровиков обернулся ко мне. Подмигнул:

— Только взгляни, как быстро меняются кумиры!

Если в начале Игры на трибунах преобладали портреты Сержа и Родиона Каледина из московской команды, то сейчас тут и там замелькало:

«Константин Барятинский — браво!»

«Костя Барятинский — ура!»

И даже:

«Костенька — ♥♥♥!!!»

Н-да.