– Нет. Теперь – на балет в Молодежном театре. Пишут, что это дебютное выступление молодых танцоров, поэтому места на балконе отдают почти задаром.

Хмурюсь, потому что даже «задаром» может ударить по нашим кошелькам, но, когда Фил называет сумму, у меня от удивления округляются глаза. Билет стоит чуть дороже, чем две поездки на метро.

– Берем, – читая мой ответ по выражению лица, заключает Фил. – Хорошо, когда твой босс дружит с кем-то из Комитета культуры.

* * *

До балета остается еще неделя, и мы успеваем подобрать наряды для похода в театр. Я решаю идти в платье от ДиФо, которое мне подарил Фил, а сам он выбирает черную водолазку и брюки. В этой же одежде меньше чем через полмесяца он будет выступать со мной на университетском конкурсе. Но какая разница? Филу идет этот простой, но стильный образ. А правило про то, что один и тот же наряд не надевают дважды, придумали богачи.

Сугробы за окном растут день ото дня. В электронном журнале по второстепенным дисциплинам у меня становится все больше пропусков, но каждый из них мне простят. Моя вторая книга набирает объем в знаках и в сюжете. Я все больше углубляюсь в любовную линию, прекрасно отдавая себе отчет в том, кому ее посвящаю. Отношения Александры и ее возлюбленного становятся серьезнее, сложнее, и я ищу в героине поддержки, которую не могу попросить ни у родных, ни у Мари.

Родители все так же не одобряют мои отношения с Филом. Кажется, я уже слышала все, что они могли бы мне сказать на этот счет, и даже больше. Я могла бы сама говорить за них, но молчу. Не хочу ссориться, а потому просто пропускаю все нарекания мимо ушей.

То же самое делаю и с Мари. Подруга бесится, что я слишком много времени провожу с Филом. Иногда, когда говорю, что снова была у него в гостях, мне кажется, что Мари готова волосы на голове рвать из-за негодования.

– Не оставайся с ним наедине! – причитает она. – Прекрати зависать у него дома, пока не нарвалась!

– Не нарвалась на что? – в ответ ухмыляюсь я, и Мари едва не свистит от гнева, как кипящий чайник.

Я прекрасно понимаю, к чему она клонит. Но точно так же знаю – Фил не притронется ко мне, пока не попрошу об этом сама. Я ведь столько раз бывала у него, и не было ничего серьезнее поцелуев! Мы играем с Пломбиром, который чувствует себя лучше день ото дня, слушаем музыку или просто валяемся на матрасе, что служит кроватью.

Мы часто обсуждаем мои книги. Филу нравится слушать о сюжетах, которые придумываю, а мне нравится говорить с ним о своих выдуманных мирах. К тому же, когда произношу вслух то, что пока живет только в фантазии или на электронных страницах ворда, план рукописи кажется четче, а идеи мотыльками носятся в голове.

Я обожаю это чувство: выдуманный мир становится чуточку реальнее. Кажется, словно он действительно существует, и я единственная, кто может стать проводником той вселенной в нашу. Я наслаждаюсь этими окрыляющими моментами, в которые сердце бьется чуточку чаще. Чужие приключения проживаю, как свои собственные, точно зная – ради этого и пишу.

Это ведь так просто, но искренне! Не понимаю, почему руководительница конкурса не хочет, чтобы я выступала именно с такими словами. Неужели напыщенная выдумка важнее честности?

Александра Владимировна попросила меня сделать презентацию, с которой хочу выступить на «Мисс». Мне все же пришлось приврать на слайдах, чтобы преподавательница наконец одобрила мой номер. Это высосало из меня не только силы, но и мотивацию стараться для конкурса дальше. На несколько дней я даже забросила писательство, потому что плевалась от самой себя. Зачем я вру?

Не знаю, сколько бы еще грузилась из-за этой презентации, если бы не Фил, который решил прочитать «Магический дебют».

Он помогает мне влюбляться в писательство, в свою историю еще больше.