– Теперь все будет по-другому, – твердо проговорил он. – Подожди немного. Когда эти старые ведьмы узнают, что миссис Грэхем выходит замуж за одного из Уэллесли, бедная вдовушка сразу станет самой известной женщиной в Биксби. Вот увидишь.

Теперь нахмурилась Элис.

– Вполне возможно, – согласилась она, – но эти старые ведьмы, как ты их назвал, пока не знают, кто ты такой. И к следующему воскресенью ни о чем не узнают. Кроме того, мне их восторги не нужны. Эти женщины ненавидят и презирают меня за то, что у меня внебрачный ребенок, но, узнав, что я выхожу замуж за сына едва ли не самого богатого и влиятельного человека в Америке, сразу все мне простят и будут рады принять в своем доме. О, они лживы и лицемерны, и такие друзья мне не нужны.

– Я понимаю, о чем ты говоришь, дорогая, но, если мы собираемся жить здесь, мы должны наладить отношения с жителями Биксби. Мы не можем прожить всю жизнь на ранчо, общаясь только с Редом и Линн.

Элис задумчиво посмотрела на Натана, а потом, опустив глаза, сказала:

– А может, нам лучше уехать отсюда сразу, как только мы поженимся? Мы ведь можем переехать куда угодно, лишь бы там меня никто не знал. Там мы начнем все сначала, и на тебя не будут показывать пальцами и шептаться у тебя за спиной о том, что ты женился на падшей женщине.

Натан в сердцах швырнул на стол свою салфетку, встал, громко отодвигая стул, подошел к Элис и большим пальцем приподнял ей подбородок. Их взгляды встретились. При виде слез, готовых вот-вот скатиться по щекам Элис, у Натана защемило сердце.

– Ты забыла, кто был причиной твоего падения? – тихо спросил он. – И потом, почему ты говоришь о нас как о преступниках? Почему мы должны начинать все сначала? Мы не нарушали закона. Правда, у нас родился ребенок до того, как мы сыграли свадьбу, но мы не первые и не последние, с кем такое приключилось. Главное, что мы любим друг друга, вскоре поженимся, и я усыновлю Колина. Уверяю тебя, нам нечего стесняться. Ну поддались мы страсти чуть раньше, чем это принято в приличном обществе, ну и что? С кем не бывает?!

– Боюсь, – хитро улыбнулась Элис, – что мы поддались страсти намного раньше, чем это принято в приличном обществе. Но ты прав – с кем не бывает?!

– Все это мелочи. Главное – это твое решение. Так ты в самом деле хочешь уехать отсюда?

– Если честно – то нет, – призналась Элис. – Здесь мой дом. Но я понимаю, что ты привык жить в лучших домах, чем этот домишко с прохудившейся крышей в забытом богом месте.

– Милая, я не привык жить ни в каких домах, – улыбнулся Натан. – С тех пор как я лет десять назад покинул наш дом в Дюранго, мне приходилось снимать комнаты в разных местах, а то и вовсе вместе с лошадью ночевать под открытым небом. Обо мне не беспокойся, хотя… – Он замолчал и украдкой поглядел на Элис. – По правде говоря, мне бы хотелось иметь большую семью, и, если ты согласна, нам придется подумать о новом, более просторном доме…

– Совсем новом?! – охнула Элис, и глаза у нее засверкали от восторга.

– Ну да, – кивнул Натан, – совсем новом. Чтобы печи не дымили, крыша не протекала и чтобы в нем было много спален. Мы даже можем пригласить из Чикаго художника по интерьеру, чтобы он помог тебе подобрать занавески, ковры и мебель…

– Художника по интерьеру! – воскликнула Элис. – Но зачем? – Она хитро прищурилась и заявила: – Я хочу все сделать сама.

– Как скажешь, дорогая, – откликнулся Натан. – Мы отправимся в Чикаго и купим все, что тебе понравится.