|
Отдельной платой облагается «место» — не столько даже из-за наличия гипотетической крыши (все концы с полицией давно подвязаны), сколько из-за того, что менеджер от «братков» реально расставит торговую точку или зону оказания услуг так, чтобы она принесла максимальный доход. Да и с человеком/представителем деревни может случиться чего — вот приедет неотёсанный верзила или, наоборот, худосочная дочка резчика — и требуется всё объяснить, указать, а то и сделать подготовку своими силами… А ведь есть ещё и местные!
С местными обычно особой мороки нет — все «вопросы» уже порешались, все тёрки — разрешились к взаимной выгоде или подошли к логическому компромиссу… Да и знают местные, чего делать, да где ставить — места давно «забиты», и занимают их заранее. Доход с них чисто символический, а то и вообще — посидели, чаю попили, взаимное уважение выказали — и всё. Ан нет, с пришлых — какой спрос? Пришли, ушли… Территорию не убрали, небольшой пожар устроили, наклюкаться умудрились прямо во время работы… Никаких людей не хватит решить все нюансы — а вот местные — могут. Конечно, «средний класс» и обеспеченные люди такой фигнёй не занимаются, но в Такамии полно разнорабочих, водителей, грузчиков и строителей, простых парней и мужчин… да и женщин.
Знакомство Ямакото с Отрядом Взаимопомощи началось с того, что в дверь «теневой бухгалтерии» постучалась молодая девушка. Принесла скромный подарок, рассказала о том, что жители решили немного «помочь друг другу». Пожилой «простой японец» немного посмеялся (впрочем, по-доброму) над красивой, но такой хрупкой идеей, поблагодарил за уведомление и забыл на следующий день. Чтобы с некоторым удивлением через месяц обнаружить, что общественная организация живёт и здравствует. Впрочем, точек пересечения особо не было — самим якудза был интересен не столько рабочий квартал (довольно маленький, потому что в городе фактически отсутствовали производства, и вся занятость упиралась на услугу или логистику), а речной порт-терминал, где на перегрузку часто попадали самые разнообразные, но, несомненно, ценные вещи. Например, из девяти выловленных «Отрядом» на территории работяг торговцев спиртным с рук (точнее — из-под полы), из гокудо реально оказался один, которому кагикэю пришлось «прописывать» ещё с десяток ударов палкой: придурок торговал такой палёнкой, что слечь на неделю с отравлением было ещё хорошим исходом. Наркоту в Такамии с рук можно было купить только в одном месте — собственно, где и приобщиться к радостям податливого женского тела… и всё это вместе было непосредственно в порту. Ну а воришки-форточники да лохотронщики к разнорабочим и не совались: можно было без всякого профсоюза нарваться на целительные пинки. Кроме того, в спокойной Такамии полностью отсутствовало постоянное «боевое крыло» — если не считать таких «особых грузчиков», что опять же разгружали и загружали особый товар на речные трамвайчики и грузовые баржи. Нет объектов защиты — нет быков-катагири. Экономика!
В общем, стерпелось — слюбилось, да и молодая гостья знала вежество, лично проведывая бухгалтеров перед важными днями, иногда по нескольку раз. Бывает. Некоторые вопросы по телефону не решить. А недавно в город переехала, заняв старое додзе, школа кендо. Сначала кагикею подумалось — пустышка, из бесполезных «внутренних» стилей, что мечом только для красоты умеют… но нет. Сходил давеча весной на «день открытых дверей», полюбовался на чётко выполняемые ката… впечатлился. Эти точно не из «внутренних» — боевые движения никакой «танцевальной» пластикой не скрыть. Пожилой бухгалтер аж даже поностальгировал о своём детстве, где он так же начинал: с грубым боккеном ходил по рынками, собирая для «старших» зажатый киритори. |