Он молчал всю дорогу, пока они ехали к югу от замка по дороге, проложенной вдоль берега. День был восхитительно теплым, и это очень облегчало его задачу. Никогда прежде Грэлэм де Моретон не думал о близости с женщиной с меньшей страстью и с большей расчетливостью. Изредка он бросал на Кассию задумчивый взгляд, но она, казалось, была всецело поглощена созерцанием окружающего пейзажа. Дорога круто спускалась вниз с холма; дальше некоторое время она шла по плоской и ровной местности, а потом круто сворачивала к краю утеса. К удивлению Кассии, Грэлэм, отъехав в сторону, придержал Демона и вдруг исчез из поля зрения за краем утеса. Не задаваясь вопросами, она последовала за ним и увидела хорошо утоптанную тропинку, спускавшуюся с утеса вниз, к отмели.

— Здесь не слишком круто, — бросил Грэлэм через плечо, — но все же спускайся поосторожнее!

Когда они добрались до покрытой галькой отмели, Кассия изумленно вздохнула.

— О! Как красиво! — воскликнула она, соскальзывая со спины Ромашки.

Отмель представляла собой полукруг, значительная часть которого была скрыта под нависающим утесом. Тощие кусты и несколько пострадавших от ветров, причудливо изогнутых деревьев предоставляли некоторую защиту от посторонних глаз. Пока Грэлэм привязывал лошадей, Кассия бродила по отмели.

— Когда я был мальчиком, это место принадлежало мне одному, — сказал Грэлэм, подойдя к жене.

Она подставила лицо яркому солнцу, стоявшему прямо над головой, и закрыла глаза. Единственными звуками, доносившимися до них в этом уединенном месте, были крики морских птиц да рокот волн.

— Здесь так мирно. — Кассия обернулась к мужу.

— Я рад, что тебе нравится это место. Скажи мне, как ты себя чувствуешь?

— Милорд, — Кассия изобразила притворное возмущение, — я здорова почти так же, как моя жирная кобыла Ромашка. Вам не следует больше беспокоиться об этом!

— Тебе больно?

— Больно? — Она наклонила головку набок — эту ее привычку Грэлэм находил очаровательной.

— Я имею в виду прошлую ночь. Тебе больно после нее?

— О! — Кассия прижала руки к щекам и покачала головой.

— Это очень уединенное место, — спокойно продолжал Грэлэм. — Никто нас здесь не потревожит.

Кассия казалась совершенно ошеломленной этими словами.

— Вы хотите овладеть мною здесь?

— Да, — не смущаясь ответил де Моретон.

— Но ведь сейчас день! И вы будете все видеть… Конечно, вы не можете!

— Тихо, Кассия, — приказал он. — Иди сюда!

Она не рассчитывала, что муж захочет ее снова так скоро. Конечно, соитие происходит по желанию мужчины, но…

— Я чувствую себя так глупо, — сказала она и, остановившись рядом с рыцарем, прижалась к нему, положив голову ему на грудь.

Кассия почувствовала, как его руки обвились вокруг нее и он притянул ее к себе.

— Почему ты говоришь это? — спросил Грэлэм, легко прикасаясь губами к нежным завиткам на виске жены.

— Я знаю, вы будете смеяться надо мной, — потупившись, пробормотала она.

Кассия почувствовала, как ее охватывает странное томление. Она посмотрела в темные глаза мужа.

— Я не представляла, что люди совокупляются так часто. Я думала, возможно, это происходит только раз, чтобы зачать ребенка.

Он изумленно отстранился от нее, потом сжал ее с такой силой, что она вскрикнула.

— Чтобы зачать ребенка, Кассия, обычно требуется приложить некоторое усилие. И большинство мужчин охотно соглашаются взять на себя этот труд.