– Ну да, – согласился он, и его лицо неожиданно помрачнело. – Тоже из выводка Альфреда. В один прекрасный день они захватят всю Англию.

– Ты о чем?

Он рассерженно отмахнулся.

– Живущие в Англии датчане ослабли. Они еще удерживают Денло, но среди них больше фермеров и торговцев, чем воинов. Однажды твой кузен одержит победу, и мечта Альфреда осуществится.

– Да… но… – Ивейна решила не выяснять причины дурного настроения Рорика, а ухватиться за подвернувшуюся возможность. – Кстати об Эдуарде, когда ты собираешься послать ему требование выкупа?

– Ага, – воскликнул Рорик. – Вот мы и выяснили причины твоего внезапного желания повидаться со мной.

Огромным усилием воли она сохранила на лице выражение вежливого любопытства.

Его глаза сузились.

– Что-то не припомню, чтобы я упоминал о подобном намерении, леди.

– Но… – Ивейна крепче ухватилась за борт. – Прошу, не смейся надо мной. Я понимаю твое жгучее желание поскорее вернуться домой, к больному отцу, но не вижу ничего забавного в необходимости проделать это путешествие вместе с тобой. Я буду очень признательна, если ты, наконец, отправишь гонца к королю.

Рорик выгнул бровь.

– Прямо отсюда?

– Хорошо, когда мы придем в Ютландию, ты сможешь высадить меня на берег и…

– Ты сама не захочешь высаживаться, малышка. – Снова эта лукавая улыбка. – Там нет ничего, кроме пещер и мрачных утесов. Одни боги знают, кто там живет.

– Не надо пугать меня сказками о троллях и великанах, – взвилась Ивейна, утратив последние остатки терпения. – И белыми медведями, если на то пошло. Меня не так-то просто…

Она умолкла, уставившись на его грудь. На тонком кожаном ремешке, обвивающем шею викинга, висел серебряный амулет, в котором девушка узнала молот Тора. А рядом с ним красовался огромный изогнутый зуб.

Ивейна судорожно сглотнула и решила сменить тему.

– Хорошо, – сказала она, забыв про терзающие ее мрачные опасения. – Я поеду с тобой в Норвегию. Там ты скажешь всем, что я путешествую, а сам позаботишься о моем возвращении в Англию.

Рорик взглянул на нее так, словно она превратилась в маленького белого медвежонка прямо у него на глазах.

– Какова же цель твоего путешествия, леди?

– Я собираюсь изучать норвежские легенды, милорд.

– Изучать норвежские легенды, – тупо повторил он.

– Да. Надеюсь, в твоем поместье есть скальд. Я хочу восстановить манускрипты, которые когда-то собирала… пока Сьюлин не швырнул их в огонь. К несчастью, он считал мое увлечение блажью.

– Ты знаешь норвежский? – Его глаза сверкнули. – Ах, да, Орм сказал мне вчера, что ты обратилась к нему на нашем языке. Как ты его выучила?

Девушка пожала плечами.

– Наверное, так же, как ты выучил английский. Разговаривала с путешественниками. В мирные времена при дворе было много норвежцев. Один из них оказался бардом. От него я узнала о ваших сагах.

– В таком случае, леди, – произнес Рорик неожиданно нежным голосом, – ты должна знать, что мы не только грабим и убиваем.

– Ты похищения забыл упомянуть, – съязвила она. – И то, что у вас есть барды, скальды и искусные ремесленники, не оправдывает убийств…

Ивейна умолкла, и ее сердце сжалось от боли, когда она вспомнила Джанкина. Как она могла забыть о нем? Он был таким чистым, таким бесхитростным.