— Ну, ладно... Хотя, видит Бог, я не собирался этого делать, — громко произнес он и стал подниматься по лестнице.

Навстречу ему спускалась Надин. Она остановилась где-то на пятой ступеньке и расставила руки, загораживая дорогу.

— Вам нельзя туда. То есть... это не я так думаю, это она сказала. В общем, велела сказать. — Хотя вам, наверное, и правда не стоит идти наверх, есть риск для жизни, — тараторила горничная.

— С дороги, Надин, — зарычал Эндрю. — Пожалуйста!

— Опять револьвер к виску, я надеюсь?

— Можешь считать, что станковый пулемет.

— Пулемет — лучше, больше помогает, придает уверенности. Что ж, тогда вперед. Конечно, не мне умирать. Скажите, я передам вашим родственникам, какой галстук вы предпочитаете для прощальной церемонии... А сейчас, прошу меня извинить, пойду поищу фотоаппарат.

— Вы это о чем? Впрочем, идите к черту, совсем меня запутали.

И Эндрю понесся по лестнице вверх, перепрыгивая сразу через две ступени. Взлетев на второй этаж, он на мгновение затормозил, пытаясь угадать, какая дверь ведет в комнату Бриджет. И понял, что именно та, которая закрыта.

Дверь, конечно, заперта. Впрочем, кто бы в этом сомневался? Ему понадобилось несколько секунд, чтобы с помощью специальной отмычки, которой по служебной необходимости пользуются секретные агенты, попасть в спальню Бриджет.

Комната была прелестной. Ореховый гарнитур. Покрывало из белого шелка. Легкий полог над кроватью. Темно-зеленые стены, увитые пурпурными розами. Изящный туалетный столик, заставленный женскими безделушками: какими-то хрустальными бутылочками, баночками... В комнате витал неповторимый запах цветочных духов Бриджет. На стенах и на низкой тумбочке с лампой под огромным абажуром красовалось несколько семейных фотографий... Но самой затворницы не было и в помине.

Он открыл дверь справа от себя, но понял, что попал в гардеробную. Слева была еще одна дверь, и она не была закрыта.

— Бриджет, — позвал Эндрю, входя туда.

Это была старомодная ванная комната, отделанная черно-белым кафелем. Посередине стояла огромная ванна на изогнутых ножках, похожих на лапы какого-то зверя. В ней в белой пене лежала Бриджет. Ее великолепные волосы были заколоты и подняты на затылок, щеки порозовели от тепла и удовольствия, но глаза с ужасом смотрели на неизвестно откуда взявшегося мужчину.

— Ты?

— Я, — тихо ответил Эндрю, и в его глазах мелькнуло подобие смущения. — Прости, Надин не сказала мне, что ты...

— А разве должна была сказать? Цивилизованный человек тем и отличается от варвара, что хорошо владеет речью. «Нет» означает именно «нет». Он поворачивается и уходит. Для разнообразия сделай вид, что ты цивилизованный человек. Уходи!

— Я не могу, — ответил он, разводя руками.

На одно мгновение ему захотелось узнать, нашла ли Надин фотоаппарат. Он мечтал, чтобы у него осталась фотография этой сцены. Бриджет была очень хороша.

— Нам нужно пойти в твой офис, — объяснил он.

— Да ты с ума сошел! Чтобы я вместе с тобой хоть еще раз показалась на своей работе! Ты... лгун!

— А вот и мы, — пропела Надин спустя секунду после вспышки фотоаппарата. — Этого снимка мне вполне хватит, чтобы полностью заплатить за долгие годы учебы. Надо только выбрать газету пожелтее. А что скажете насчет заголовка? Ну, такого, например: «Пенорожденная Бриджет Винсен привлекает инвестиции в Фонд Роберта Кларка». Нормально?

— Убирайся вон! — закричала Бриджет.

— Надин, тебе лучше сделать так, как говорит хозяйка, — пытался дать совет Эндрю.