Пенни нахмурилась:

— О чем вы говорите?

— У Мариель пунктик по поводу вас, а у вас, похоже, пунктик по поводу меня…

— Дэвид, у меня нет никаких пунктиков по поводу вас, — заверила Пенни, сама удивляясь своему необычайному терпению. — У меня есть только желание наладить работу журнала — с вашей помощью или без таковой.

Дэвид усмехнулся:

— Эй, уж не собираетесь ли вы и меня уволить, а?

— Если вы имеете в виду Мариель, то я ее не увольняла, она уволилась сама.

— Ладно, если вам так больше нравится. — Дэвид пожал плечами. — Но если вы прислушаетесь к моему совету, то постараетесь ладить с ней, поскольку в течение нескольких следующих месяцев она будет просто незаменима.

Глаза Пенни округлились.

— Должна ли я понимать ваши слова так, что вы восстановили ее на работе? — едва сдерживаясь, спросила она.

Раздумывая над ответом, Дэвид склонил голову набок.

— Да, пожалуй, можете понимать именно так.

— Значит, вы действовали через мою голову? — Голос Пенни дрожал от гнева.

— Ох, ох!.. — Дэвид покачал головой. — Все, что я сделал, так это от вашего имени принял ее извинения.

Пенни вскочила на ноги.

— Как вы посмели! — вскричала она. — И что вы, черт побери, возомнили…

— Ну-ну, — Дэвид засмеялся и вскинул вверх руки, — успокойтесь. Я имею в виду, что принял ее извинения за нелюбезное отношение к вам, и уверен, вы сделаете то же самое. Она готова лично просить у вас прощения.

— Но вы уже восстановили ее на работе, — сбавила тон Пенни.

— Да, но я подумал, что на самом деле вы, как и я, не желаете ее увольнения. Если вы категорически против нее…

— Не делайте из меня дуру! — огрызнулась Пенни. — Я отлично понимаю, что пока ее некем заменить… Если она готова извиниться, я приму ее извинения. И все-таки не потрудитесь ли вы объяснить, какой случай привел вас сюда и как часто мы будем иметь сомнительное удовольствие лицезреть вас?

В глазах Дэвида появились веселые огоньки. Он поднялся с кресла и, направляясь к двери, спросил:

— Сомнительное, да?

Взгляд Пенни засверкал такой яростью, что, казалось, должен был моментально испепелить этого наглеца; кроме того, ей ужасно захотелось запустить в него чем-нибудь, и если бы Дэвид в этот момент притворно не уклонился, как будто в него уже что-то летело, вероятно, она бы так и сделала. Однако забавный жест Дэвида не только моментально охладил Пенни, но и вызвал у нее невольный смех.

Быстро взяв себя в руки. Пенни постаралась сосредоточиться на главном:

— Надеюсь, Мариель уже пришла? Я хотела бы увидеть ее прямо сейчас, до начала совещания.

— Разумеется. — На несколько секунд лицо Дэвида стало серьезным. — Еще один небольшой совет. Пен, — добавил он, огорчив Пенни таким фамильярным обращением, — старайтесь ладить с мужчинами — это очень важно.

Через полчаса, выслушав скупые извинения Мариель, Пенни уже стояла в конце длинного стола, просматривая свои последние записи, пока Клотильда и Бриджит раздавали присутствующим размноженнный план совещания. Нестройный шум голосов вывел ее из состояния задумчивости, и Пенни решила, что в офисе наконец возникла атмосфера общей концентрации. Она очень надеялась, что, облачившись в строгое, благодаря сочетанию черного и белого тонов, платье и завязав сзади волосы аккуратной бархатной резинкой, гораздо более выглядит главным редактором, чем это кажется ей самой.