- Ну? - усмехнулся Гуннульв. - Будем продолжать себя так вести? Или попробуем поиграть в хорошую девочку?

   Элиана рассмеялась.

   - Я бы посмотрела, как ты играешь в хорошую девочку!

   И тут же осеклась, потому что парень прижал ее к шкафу своим телом и наклонился так низко, что она даже чувствовала его дыхание на своем лице.

   - Ты что, правда, мстить будешь? Я же играла! - Элиана удивленно смотрела на того, кто еще сутки назад был маленьким меховым комочком.

   - Играла? Вот и я немного поиграю.

   Он наклонился, поцеловав девушку. Та в первое мгновение была настолько ошеломлена, что позволила себя обнять и вдруг оказалась прижата к телу парня. Глазки Эль закрылись, а руки почему-то, вместо того, чтобы врезать как следует возмутителю спокойствия, предательски дрожали. Крылья дрогнули от его прикосновения. Поцелуй уже не был игрой, такие игры известно, чем могли закончиться.

   Эль, наконец, взяла себя в руки. Дернулась с такой силой, что ударилась головой о полку, очень неприлично выругалась и сползла вниз, потирая место, где обещала вскочить приличная шишка.

   - Мне не нравятся такие игры! - буркнула девушка откуда-то снизу.

   Гуннульв вздохнул и помог ей подняться.

   - Я же пошутил! Ты обиделась?

   И с надеждой заглянул в лицо.

   - Да! Я обиделась!

   - Эль!

   - Что?!

   - Я же пошутил! Мы же друзья!

   Элиана хмуро посмотрела на Гуннульв.

   - Когда ты был меховым шариком, с тобой было легче общаться.

   Парень отмахнулся.

   - Да прекрати ты. Я просто еще не привык. Не Ксюху же мне целовать, она ж моя родственница!

   От удивления Элиана даже забыла про обиду.

   - Ксюха - твоя родственница?!

   - Ну, да, - Гуннульв пожал плечами. - Я монстром-то после смерти стал. А до того был человеком, вот таким вот примерно. И Вилдэр фактически - мой дальний родственник.

   - Обалдеть!

   - Не проси рассказать ничего, - вздохнул парень. - Я почти и не помню ту жизнь.

   На секунду Эли даже стало его немного жаль. И ведь правда: превратила в человека, а теперь-то что делать? Не обратно же превращать! Как вообще она до такого додумалась?

   - Эй! - раздался вопль Ксюши. - Вы там чего притихли? Уже поубивали друг друга? А ну, выходите! Я все еще жажду разборок!

   - Идем?

   Гуннульв протянул Эли руку. Во взгляде его не было ни насмешки, ни ехидства, а потому Эль немного нервно, но уверенно подала ему ладонь и, почувствовав себя спокойнее, нахмурилась.

   - О, вы помирились, - хмыкнула Ксюша, увидев, как Гуннульв и Эль выходят из прачечной. - Здорово. Ну что, будем обсуждать сложившуюся ситуацию?

   Они уселись в гостиной. Ксюша приготовила кофе, Гуннульв опять что-то ел, а Эль как будто бы притихла, то ли смущенная, то ли еще что...

   - В общем, вы вчера выпили, - начал Гуннульв. - И пошли колдовать. Вернее, на любовь себе гадать.

   - Это я помню, - влезла Эль.

   - Вот и рассказывай, раз помнишь, - резво откликнулся Гуннульв.

   - Опять? - вздохнула Ксюша. - Я сейчас напьюсь!

   - Все, молчу, - хихикнула Эли.

   - Где вы свечи нашли, я не знаю. Очевидно, остались после какой-то вечеринки, потому что они были разноцветными и в блестках. Но вас это не смутило. В общем, сначала ты, Элька, решила подсобить подруге в любовных делах. Заставила ее написать записку с качествами, которые она хотела бы видеть в любви всей своей жизни, чего-то там намудрила с заклинанием - я не слышал - а итогом стал вот этот кулон на ее шее.