– На Белтайне празднуют перерождение. Новое начало. Ты наверняка о чем-то мечтаешь.

– Рассказывать – дурная примета.

– Может, и так. Вот я? Я снова хочу петь. Хочу тебя в своей жизни. Покончить с Эль Сифром раз и навсегда. Есть много всего, ради чего я готов принести жертву.

– Как и у меня. – Бижу подняла мою руку. Поцеловала пальцы. – Почему этот волшебник желает тебе зла?

– Рассказывать – дурная примета. Слишком опасно. Мне нужна твоя помощь. Принеси жертву вместе со мной. Я нашел в древнем гримуаре идеальную церемонию для Белтайна. Ее проводят мужчина и женщина. Сделаем это вместе. Укрепим нашу любовь кровью. Обретем силу в единстве. Нам обоим нужно перерождение. Молиться за наши мечты.

Бижу сжала мои руки.

– Молитва – это песнь души. Я чувствую твою силу, Джонни. Когда мы вместе, никакой волшебник нас не остановит.

– Ты согласна?

– Конечно.

Обжигающий поцелуй стал сургучом на нашем договоре.

– Вот в чем штука, – сказал я. – Все не так просто. Жертвой должна быть женщина…

– Я без проблем…

– Черная.

Бижу дрогнула. В глазах полыхнул гнев, но он угас вмиг, как молния. Эта женщина была настоящим профессионалом. Никогда не выдавала эмоции. Ни перед клиентами. Ни перед любовником.

– Почему не ребенок? – Ни намека на злость в глазах. – Приюты переполнены нежеланными ублюдками.

Она провела пальцами по сияющей нити жемчужин. Я уклонялся от ее пронзительного взгляда. Думать надо было быстро, иначе все пойдет к черту.

– Если б все было так просто, Бижу, – сказал я по-английски. Сомневался, что мой французский потянет такую многоходовую ложь. – Какой-нибудь найденыш из приюта сгодился бы для черной мессы. А эта церемония Белтайна намного сложнее. Не просто праздник верующих.

– Значит… Жертва – черная женщина? – сказала она по-французски.

– Это символ. Королева Ночи. Для зари нового дня. – Я потянулся к ее руке. – Церемония уходит корнями во времена Соломона и царицы Савской. Это честь. Я думал найти шлюху, но…

– Слишком рискованно.

– Да.

– Лучше обратиться ко мне.

– Другого выбора нет. Из дамочек у тебя на зарплате должна быть хотя бы парочка, от которых ты не прочь избавиться.

Бижу достала из клатча мундштук. Я закрепил для нее «Лаки» и щелкнул зажигалкой. Она выпустила дым.

– Эти девушки принадлежат мне. Я покупаю их у семей на Гаити. Когда попадается негодная, я отправляю ее в бордель в Бухаресте. В Румынии черное мясо приносит большие деньги.

– Сколько?

– Сто тысяч франков.

– А если я дам вдвое больше?

– Я не понимаю.

– Плачу двести тысяч за твою девушку.

– Ты лишился ума.

– Или, наоборот, набрался ума. Этой жертвой мы почитаем Владыку Сатану. Зачем осквернять наше подношение? Дух Тьмы заслуживает самого лучшего дара. И он вознаградит нашу щедрость.

Бижу улыбнулась.

– Похоже на деловую сделку. Мы не банкиры.

– Что ты как христианка? Иисус прогнал торговцев из храма. Как думаешь, кто их туда отправил? Банкиры – избранники Сатаны. Дельцы. Манипуляторы. Ведомые жадностью. Эффект жертвоприношения только усиливается тем, что заодно получаешь личную прибыль.

– Ты поистине рекламщик дьявола, Джонни. – Бижу придвинулась на банкетке и поцеловала меня в щеку.