Она кивнула и с легкой краской на лице высвободила свою руку.

— Конечно, Джад. Можете на это рассчитывать.

4.

Следующие три недели Диана и Джад работали вместе без всяких происшествий. Между ними развивалась и росла дружба, подогреваемая взаимным уважением и искренним интересом. Хотя их влекло друг к другу, у каждого были основания скрывать свои чувства. Все изменило их первое столкновение из-за костюма Дианы.

— Ана, неужели на вас бриджи? Держу пари, Джастин и леди Виктория не видели вас в такой одежде.

Рассерженная этим замечанием, Диана бросила на него гневный взгляд.

— Мои дядя и тетка не предписывают мне, во что одеваться, и не вам мне указывать, сэр.

— Но бриджи носят только мужчины, — возразил он.

— Если хотите знать, моя мать их всю жизнь носит, и еще никто ее за мужчину не принимал.

Джада покоробило от этих слов. Даже при самом богатом воображении Ану тоже нельзя было принять за мужчину. Округлости ее фигуры, под платьем едва заметные, были выставлены напоказ для общего обозрения. А это общество включало грумов, лакеев, кузнецов и конюхов. Любой мужчина, у которого глаза на месте, мог насладиться этим зрелищем. Это обстоятельство раздражало его сильнее, чем он готов был признаться самому себе.

«Черт, — выругался он про себя. — Я веду себя как ревнивый любовник. Хоть она и американка, но она не про таких, как я, да еще с моим прошлым. Соглашаясь работать с ней, я знал, что для нас нет будущего. Девушка красива и с характером, но она никогда не будет моей».

Джад неловко провел рукой по волосам.

— Простите мне мой невоздержанный язык, Ана. Я был не прав.

Пожав плечами, она направилась к стойлу Тора.

— Я взяла эти бриджи у Мэтью не для фасона и не для того, чтобы с вами пререкаться, а ради безопасности. Я не могу в дамском седле учить Тора брать препятствия.

Джад остановил ее, схватив за руку:

— Вы не будете брать на нем препятствия, Ана. Я не позволю вам рисковать своей шеей. Что будет, если вы упадете?

Она выдернула у него руку.

— Я не сломаю себе шею, Джад. Если Тор будет через месяц участвовать в скачках на ярмарке, он должен научиться прыгать. Я уже проделывала это с моей лошадью Розеттой, чемпионкой по скачкам с препятствиями.

— Ваша Розетта — кобыла, а не молодой необъезженный жеребец. Тор слишком буен и непредсказуем для вас. Дайте сначала мне и груму заняться с ним. Через неделю-другую я и вам дам попробовать.

Диана сердито тряхнула головой, отчего ее длинная коса взвилась у нее за плечами.

— И почему мужчины всегда уверены, что знают, что для меня лучше? Сначала отец, потом братья, затем Стивен, а теперь и вы вошли в их число.

Джад приподнял брови:

— Кто такой Стивен?

Этот резкий вопрос застал ее врасплох. Она нахмурилась:

— Стивен?

— Вот именно. Кто он? — настоятельно спросил Девлин. — Поклонник, ожидающий вас дома?

И тут случилось нечто, смутившее Джада. Лицо Дианы неожиданно озарилось улыбкой.

— Наши семьи, моя и Стивена, дружат уже много лет. Стивен приходится ровесником моим младшим братьям и досаждает мне так же, как они. А откуда вдруг такой интерес к Стивену?

Джад мгновенно сообразил, насколько он выдал себя и этим вопросом, и тоном, каким он его задал.

— Простое любопытство. Вы… вы раньше о нем никогда не упоминали.

Диана погрозила ему пальцем:

— Не притворяйтесь, Джад. Это вам не к лицу. Признайтесь лучше, что это было не простое любопытство. Вы ревнуете.

Джад отступил на шаг, качая головой.