Брови Кэмпиона взлетели вверх. Так вот в чем дело! Разумеется, Лоуренс Палинод объяснялся вопросами из кроссвордов, временами добавляя семейные аллюзии. Интересно, все ли Палиноды так делают?

— Лоуренс, — продолжала мисс Ивэн, — всегда проявлял самые широкие интересы.

— К которым наверняка можно отнести и цветоводство, — многозначительно добавил Кэмпион.

— Цветоводство? Ах, да, — она тихонько рассмеялась, поняв, что это намек на гелиотроп и ландыши. — Собственно, и цветоводство тоже, но боюсь, только на бумаге.

Итак, их кажущаяся таинственность оказалась ненамеренной. Тем временем из коридора долетали какие-то не слишком приятные звуки. Двери на этот раз с грохотом захлопнулись и Лоуренс вновь оказался в комнате. Похоже, он опешил.

— Ты была права, — признал он. — Я должен был сыграть роль Каунтропа. При случае раздобыл это для тебя. Я всегда твердил, что чужой хлеб качеством не блещет.

Говоря это, он положил книжку на колени сестры, не глядя ей в глаза. Она крепко обняла его своими большими мягкими ладонями, причем явно казалась обеспокоенной.

— Разве теперь это имеет значение? — заметила она и добавила, чуть усмехнувшись, словно горьковатой шутке: — Хлеба сжаты…

«Чужой хлеб… Чужое семя?.. Руфь… — принялся лихорадочно гадать Кэмпион. — Да, речь идет о мисс Рут Палинод или по крайней мере об останках бедной женщины, которые как раз находились в лаборатории сэра Добермана». Он снова стал прислушиваться в тот момент, когда Лоуренс вдруг тяжело вздохнул.

— Во всяком случае, я должен проверить. Ты позволишь? — резко спросил он сестру. А когда отвернулся, стрельнул глазами из-за толстых стекол в Кэмпиона, стоявшего в нескольких шагах, и вдруг, словно извиняясь за столь долгое пренебрежение, одарил его наимилейшей и стыдливейшей улыбкой. Потом вышел, беззвучно закрыв за собой двери.

Кэмпион переставил посуду на поднос, а когда склонился, чтобы его поднять, разглядел название книги, лежавшей на коленях мисс Ивэн и топорщившейся бумажными закладками.

Это был «Путеводитель по скачкам» Раффа.

Глава 6

Ночная история

Кэмпион, внезапно вырванный из сна, сел, упершись на локоть.

— Сбоку, мой дорогой, есть выключатель, — услышал он тихий голос мисс Рапер. — Поверни его. У меня для тебя письмо.

Он включил свет, заметив, что часы на ночном столике показывают без четверти три, а подняв голову увидел посреди комнаты прекомичную фигуру. На ярко-розовую шелковую пижаму был наброшен короткий плащ, на голове кружевной чепец. Мисс Рапер прижимала к груди сифон с содовой, бутылку шотландского виски, опорожненную до половины, и два высоких стакана. В пальцах она осторожно сжимала голубой конверт.

Письмо было написано на официальном полицейском бланке, крупными буквами, словно писал страшно спешивший школьник.

«Уважаемый сэр!

В отношении покойной Рут Палинод.

Заключение сэра Добермана было готово сегодня в 0.30. Во внутренних органах обнаружили две трети грамма хиосциамина в доставленном образце, что свидетельствует о приеме гораздо большей дозы, поданной, вероятно, в виде гидробромина хиосциамина, при этом неизвестно, был прием подкожным или оральным. Доза, используемая в медицине — от одной сотой до одной пятидесятой грамма.

В отношении покойного Эдварда Бон Хретиус Палинода. Планируется срочная эксгумация. Кладбище Бельведер, Норт Уилсович, в четыре часа утра.