— Мне пора, — произнесла незнакомка, сжимая уздечку в руке.

— Я не могу вас отпустить, — сказал он, прикидывая, как ее остановить.

Была глубокая ночь, отвести девушку в ее комнату он не мог — если бы она начала вырываться и кричать, это могло быть чревато крупными неприятностями для обоих.

— С прогулкой, конечно же, можно подождать до утра, — возразил он.

Она смотрела на него с угрюмой решимостью, заставляя гадать, что она попробует сделать, чтобы проскочить мимо него.

— Если я назову вам причину, по которой я не могу ждать, — наконец сказала она, — вы согласитесь меня отпустить?

Он кивнул, хотя по-прежнему имел все основания ее остановить.

— Завтра я должна выйти замуж.

В груди у него неожиданно поднялась волна разочарования. Он знал, что замок полон народу по случаю свадьбы, но ему и в голову не пришло, что эта невероятно прелестная девушка и есть невеста.

Поскольку он молчал, она, по-видимому, решила, что должна сказать больше, чтобы он позволил ей уйти.

— Я не жду, что этот брак будет для меня счастливым, — сказала она, вскидывая голову. — Своего жениха я не могу ни любить, ни уважать.

— Тогда вам следует сказать об этом вашему отцу; может быть, он переменит свое намерение.

Говоря так, Уильям знал, что если свадьба назначена на завтра, изменить что-либо уже невозможно.

— Я единственная наследница владельца важной пограничной крепости, — нетерпеливо сказала она. — Я не могу ожидать, что мой отец или король примут во внимание мои пожелания, решая, кому ею владеть.

— Что вас не устраивает в будущем муже?

Уильям не имел права спрашивать, но ему хотелось знать. Может быть, невинной девочке предстояло выйти замуж за распутника, годящегося ей в деды. Такое случалось нередко.

— В нем есть что-то подлое, я это вижу. — Она смотрела на Уильяма мрачными немигающими глазами. — Он не из тех, кому можно доверять.

Ее слова снова удивили его. Она, несомненно, говорила правду, вернее, то, что она считала правдой.

— Завтра я сделаю то, чего требуют от меня мой отец и король, я выйду замуж за этого человека. И с этого дня мне предстоит делать все, что велит мне мой муж, подчиняться ему во всем.

Уильям, конечно же, подумал о мужчине, который уложит ее в свою постель, и гадал, понимает ли она до конца весь смысл сказанных ею слов.

— Этой ночью вы должны позволить мне насладиться последним часом свободы, — произнесла она с решимостью в голосе. — Я прошу не слишком многого.

Уильям мог бы сказать, что ей следует доверять суждению своего отца и короля, что они, конечно же, не отдали бы ее человеку недостойному. Но он сам в это не верил.

— Я поеду с вами, — сказал он, — или вы не поедете.

Она сощурила глаза и долго внимательно вглядывалась в него. Свет падал на него сзади, поэтому девушка не могла рассмотреть его так же хорошо, как он ее. Двойное преимущество, потому что он не хотел ее напугать. Он хорошо знал, что, несмотря на молодость, суровые черты и серьезное выражение его лица заставляли робеть даже опытных воинов.

— Вы должны разрешить мне сделать это для вас, — сказал он, протягивая руку к уздечке.

И облегченно вздохнул, когда девушка в конце концов кивнула и отдала ее.

Седлая лошадей, он пытался заглушить внутренний голос, который твердил, что им овладело безумие. Боже мой, сам король приложил руку к этой свадьбе. Если узнают, что он был с ней наедине ночью, накануне ее бракосочетания, не сносить ему головы.