— Нет, этого не будет, — завопил Ноэль. — С завтрашнего дня все будет как прежде.
— Что значит с завтрашнего? А почему не сегодня? — спросил Малахия.
— Ну завтра — новое начало и так далее.
— Сегодня новое начало и так далее, — рявкнул Малахия.
— Но мне нужно выпить хотя бы парочку рюмочек водки, чтобы прийти в себя, а потом мы начнем как с чистого листа, — взмолился Ноэль.
— Ноэль, пора стать взрослым, — отрубил Малахия.
Тут вмешался Деклан.
— Я больше не смогу оставлять у тебя своего сына, Ноэль. Джонни не появится здесь, пока мы не будем уверены, что ты точно завязал, — сказал он медленно, чеканя каждое слово.
— Ну же, Деклан. Лежачего не бьют. Я бы никогда не причинил вреда твоему ребенку, — пролепетал Ноэль со слезами на глазах.
— Да ты оставил свою дочь на несколько часов с Динго Дугганом. Нет, Ноэль. Я не могу так рисковать. И даже если бы я согласился, Фиона не позволит.
— Может, ей лучше не говорить?
— Я так не думаю.
Деклану трудно было это признать, но он говорил Линчу правду. Они больше не смогут доверять Ноэлю. Если даже он так думает, чего ожидать от Мойры, если та узнает?
Лучше на этом не зацикливаться.
— Кроме того, придется сообщить Айдану и Синьоре, — сказал Деклан.
— Зачем? — забеспокоился Ноэль. — Я завязал. Я не хочу, чтобы они знали, каким слабаком я оказался.
— Ты не слабак, Ноэль. Ты очень сильный. Не каждый может делать то, что делаешь ты. Я знаю. Уж поверь мне.
— Нет, я не верю, Деклан. У тебя никогда не было зависимости — кружка пива вечером, не более. Равновесие и умеренность — вот чего мне всегда не хватало.
— Тебе удалось сделать больше, чем остальным на твоем месте. Я восхищаюсь тобой, — просто сказал Деклан.
— А я вот не могу собой восхищаться. Я себя презираю, — сказал Ноэль.
— Ты думаешь, сможешь этим помочь Фрэнки, когда она подрастет? Ну же, Ноэль. Близится ее первое Рождество. Вся улица будет праздновать. К тому времени ты должен привести себя в форму. Никакой жалости к себе.
— А как же Синьора и Айдан?
— Они подозревают, что что-то не так. Нехорошо играть с ними в такие игры. Они смогут принять это. Им довелось многое пережить.
— А кому еще я должен рассказать? — спросил Ноэль обиженно.
— Конечно, Лизе и Эмили, — не колеблясь, ответил Деклан.
— Нет, пожалуйста, только не Эмили.
— Не нужно говорить твоим или моим родителям, но Эмили и Лиза должны быть в курсе.
— Я думал, что уже завязал, — сказал грустно Ноэль.
Деклан старался оставаться оптимистом.
— Скоро ты покончишь с этим, а пока, чем больше помощи ты можешь получить — тем лучше.
— Возвращайся в свою жизнь и исцеляй больных, Деклан. Не возись со мной и моими дурными привычками. Живи в реальном мире.
— Что же может быть более реальным, чем мужчина, чья дочь родилась в один день с нашим сыном? Подумай, что бы сказала Стелла.
— Слава Богу, она не знает, как все обернулось, — искренне произнес Ноэль.
— Пока что все хорошо. Так и будет дальше. К тому же, если верить твоим и моим родителям, Стелла все-таки знает и все понимает.
— Но ты же не веришь во всю эту загробную чушь, Деклан?
— Не совсем, но ты знаешь… — неуверенно начал Деклан.
— Нет, не знаю. Совсем не знаю. Но если я должен сказать Айдану и Синьоре, я сделаю это. |