– Вы сомневаетесь в себе или во мне?

Симка не повелась на провокацию, но и уличать искусителя не стала.

– У меня будут неприятности, – твердо повторила она.

От сопротивления горничной кровь побежала по жилам быстрей, игра Юлия увлекала все больше.

– Никаких неприятностей, даже намека на неприятности не случится. Гарантирую.

Правила игры Симке были отлично известны.

– Вы не знаете, о чем говорите. У нас даже чихнуть нельзя, чтоб никто не услышал, сразу пойдут разговоры. – В голосе сквозило сожаление.

Зрачки глаз-бойниц сузились.

– Мы не дадим повода, вот увидите. Считайте, что у меня к вам деловое предложение. – Юлий уже воображал, что запустил коготки в жертву, и не мог позволить ей вырваться.

– Смена заканчивается в восемь, – обмирая от схожих чувств, сообщила Серафима.

– Отлично. Буду ждать вас в ресторане внизу. – Искусно сделанная петля затянулась вокруг лапки.

– Только не здесь! – затрепыхалась птичка.

Юлий снисходительно усмехнулся:

– Доверьтесь мне.

Вполне доверяя новому знакомому, Симка залпом осушила бокал с шампанским (во рту пересохло то ли от пыли в номерах, то ли от волнения) и накинулась на мясо под белым соусом, а Юлий осторожно коснулся ее руки и произнес сакраментальную фразу:

– Такие нежные руки не должны держать тряпку.

– Это почему? – Симка усиленно работала челюстями.

– Такая женщина создана для другого. – Ухоженная рука накрыла Симкину ладошку.

– Вы мне что, хотите предложить работу за границей? – прищурилась Симка, готовая расцарапать плоскую физиономию.

– Неужели я похож на подонка, торгующего живым товаром? – удивился бизнесмен.

– А чем вы занимаетесь?

– У меня нефтяной бизнес, подработки мне не нужны.

– А что же вам нужно?

Симка еще раз внимательно посмотрела на Юлия. Этот мелочиться не станет.

– Что мне нужно? – Собеседник выдержал паузу. – Женщина, с которой я провел бы остаток лет. Родная душа. Впрочем, вы еще молоды и, скорее всего, не задумываетесь о таких вещах.

Фразу сопровождал загадочный азиатский взгляд, под которым Сима испытала беспокойство и перестала жевать. Глаза – прикрытые веками темно-карие и распахнутые медовые – встретились.

Симку как током ударило: корейский бизнесмен – вот кто ей нужен.

– Где ее взять, родную душу? – осторожно ступила на незнакомую почву Сима.

Сдержанный кивок и понимающий взгляд были ответом, и эти скупые эмоции тронули душу больше, чем слова.

Неожиданно Симка вспомнила любовника – псевдомачо, обожавшего секс в автомобиле, и грубые ласки мужа, и сердце кольнуло от жалости к себе. «Вы этого достойны», – окончательно убедила себя Сима и тряхнула головой, почти как дива в рекламе L’Oreal.

Напрасно Симка ждала следующей реплики бизнесмена. Юлий воздержался. И воздерживался еще несколько месяцев, ни на чем не настаивая и ничего не обещая.

Симка глотала от обиды и одиночества слезы, кусала губы и продолжала драить полы и унитазы.

Снег и холод заползали под одежду, проникали в кровь и убивали любую надежду.

Дома, поскуливая в подушку в бессильной злобе, Симка ворочала в голове, как кубик Рубика, один вопрос: почему? Почему она такая невезучая? Почему одна? Даже старику корейцу не нужна. Почему? Почему?

Будущее представлялось кошмаром в виде гостиничных полов и унитазов.