Рейли прочитал в ее взгляде печаль и настороженность. Ему хотелось ее развеселить, услышать, как она смеется, и увидеть, как ее глаза искрятся от радости, а потом туманятся от пробуждающегося желания.

Они смотрели, как Аткинс идет через двор под проливным дождем по направлению к своему флигелю. Теперь они остались наедине. Не считая, конечно, лошадей в стойлах. Лошади приглушенно ржали, а в воздухе сладко пахло свежим сеном.

Кэссиди почувствовала на себе взгляд Рейли и сделала вид, что любуется грозой. Ливень был таким сильным, что за ним едва просматривались очертания замка.

— Надеюсь, ты будешь чувствовать себя в Равенуорте как дома, — сказал Рейли, не сводя глаз с ее лица.

Он и сам удивлялся, насколько важным было для него то, что Кэссиди ему ответит.

— С тех пор как сюда привезли Арриан, мне здесь очень уютно… — проговорила она, отворачиваясь от него. — Вот только…

— Что? — поспешно спросил он.

— Да нет, ничего особенного. Об этом, наверное, и говорить не стоит.

— Для меня важно все, что касается тебя, — заверил ее Рейли.

Чувствуя, что ведет себя глупо, Кэссиди по-прежнему избегала смотреть ему в глаза.

— Просто ночью меня опять мучили кошмары, — призналась она, опустив голову. — Я бы не стала говорить о такой мелочи, но ночью они казались совершенно реальными. Мне было очень страшно, и я теперь с ужасом смотрю на заходящее солнце.

Ливень прекратился так же внезапно, как и начался. Стало необыкновенно тихо. Только в стойлах глухо топтались лошади.

— Трудно даже представить весь тот ужас, который выпал на твою долю, Кэссиди, — сказал Рейли. — Мне бы хотелось сделать что-нибудь, чтобы ты навсегда об этом забыла. Может быть, если ты не будешь гнать от себя этих воспоминаний, то они не будут так пугать тебя?

— Тетушка Мэри тоже так говорит. Но что я могу с собой поделать? — вздохнула Кэссиди.

Он поднялся и взял ее за руку. Она тоже встала.

— Трудно что-то тебе посоветовать… — задумчиво сказал Рейли. — Но, если тебя снова будут мучить кошмары, обязательно приходи ко мне. Вдвоем никакие кошмары не страшны.

Кэссиди удивленно взглянула на Рейли.

— Хорошая мысль, — прошептала она.

— Значит, договорились? — улыбнулся он.

Рука об руку они прошли по мокрому от дождя мощеному двору конюшни, и Рейли распирало от гордости, что у него такая жена. Впервые за долгие годы в его душе воцарился мир.

С тех пор как Рейли вернулся в Англию и узнал о том, что его дядя и кузен мертвы, жизнь для него превратилась в сплошную муку. Иногда он даже чувствовал себя в этом замке чужаком, но теперь, рядом с Кэссиди, он ощущал себя настоящим хозяином.

Рейли посмотрел на мокрый флаг, развевавшийся на ветру, и его рука бессознательно обняла Кэссиди за талию. Единственное, что ему теперь было нужно, это сын. Глядя на золотовласую красавицу жену, Рейли подумал, что если у них родится дочка с такими же зелеными глазами, как у матери, то и это будет неплохо…

— Ты уверен, что Рейли выделил на содержание ребенка кругленькую сумму, Хью? — спросила Лавиния, и ее глаза алчно заблестели.

— Он так сам сказал, мама.

От досады Лавиния не могла усидеть на месте.

— Нужно найти способ заполучить этого ребенка, — заявила она, пройдясь по комнате, а затем снова опускаясь на атласные подушки. — Ты сказал Рейли, что официально женат на Абигейл Марагов?

— Я сказал об этом, и Рейли высадил меня из кареты.