Изменить размер шрифта - +
Они нашли поленницу, сложенную дровосеком, и разложили такой высокий и жаркий костер, что ливень с ним ничего поделать не мог — дрова только плевались да шипели.

Солдаты громко болтали, заливаясь безудержным гоготом людей, которые слишком пьяны, чтобы тревожиться из-за непогоды.

Наконец из темного леса вышел третий, аккуратно переступив через ствол ближайшего поваленного дерева. Он был мокрый, возможно, насквозь, и его черные волосы липли ко лбу. Когда солдаты его увидели, они вскинули бутылки и радушно приветствовали его.

— А мы и не знали, доберешься ты сюда или нет, — сказал белокурый. — Дерьмовая ночка. Но, конечно, тебе следует получить свою треть, это будет честно.

— Да ты же промок до костей! — сказал бородач, протягивая плоскую желтую бутылку. — На-ка, хлебни! На вкус что-то такое фруктовое, но валит наповал, как конское копыто.

— Да ну, это все девчачья моча, — сказал белокурый, протягивая свою бутылку. — На вот! Настоящее мужское пойло.

Третий обвел их взглядом, не зная, что выбрать. Наконец он завел считалку, тыкая пальцем в обе бутылки по очереди.

 

Клен, калитка,

Тишина,

Пламя, пепел,

Бузина!

 

Он остановился на желтой бутылке, ухватил ее за горлышко и поднес к губам. И принялся не спеша пить, беззвучно сглатывая.

— Эй, полегче! — сказал бородатый. — Мне-то оставь чуток!

Баст опустил бутылку и облизнул губы. И сухо, невесело хохотнул.

— Да, ты правильно выбрал бутылку, — сообщил он. — Это бузина.

— Чего-то ты не такой разговорчивый, как нынче утром! — заметил белокурый, склонив голову набок. — У тебя такой вид, как будто любимая собачка сдохла. Все нормально?

— Да нет, — сказал Баст. — Все не нормально.

— Ну, если он обо всем догадался, так это не наша вина! — поспешно сказал белокурый. — Мы немного подождали после твоего ухода, как ты и говорил. Но мы тут уже несколько часов ждем. Думали, ты не придешь.

— А, черт! — раздраженно сказал бородатый. — Так он все знает? Он тебя прогнал?

Баст покачал головой и снова запрокинул бутылку.

— Ну, тогда тебе жаловаться не на что, — белокурый потер голову и нахмурился. — Вот тупой ублюдок, поставил-таки мне пару шишек!

— Ну, он получил их обратно с лихвой! — ухмыльнулся бородатый, потирая большим пальцем костяшки рук. — Завтра кровью мочиться будет.

— Все хорошо, что хорошо кончается! — философски заметил белокурый солдат и пошатнулся, чересчур театрально взмахнув своей бутылкой. — Ты поразмялся. Я добыл выпить кой-чего вкусненького. И все мы неплохо подзаработали. Все счастливы. Все получили то, чего им больше всего хотелось.

— Я не получил того, чего мне хотелось, — ровным тоном ответил Баст.

— Ну, это пока, — сказал бородатый, сунул руку в карман и вытащил кошелек, который увесисто звякнул, когда солдат подкинул его на ладони. — Давай-ка поближе к огоньку, и поделим денежки!

Баст окинул взглядом круг, озаренный костром, даже не попытавшись сесть. И снова начал считать, тыкая пальцем в разные предметы: лежащий поблизости камень, полено, топорик…

 

Пашня, ветер,

Звон ведра.

Скука, холод,

Дым костра.

 

И указал на костер. Подступил ближе, наклонился и вытащил из него сук длиной в руку. Противоположный конец сука представлял собой тлеющую головню.

— Эгей, да ты пьяней моего! — заржал бородатый солдат.

Быстрый переход