Грейс покраснела и откинула назад прядь длинных распущенных волос. Она была миловидна: белая, идеально чистая кожа и очень добрая улыбка.

– Про твою первую любовь уже давно никто не вспоминает, а вот о последней говорит весь город. – Она посмотрела на них обоих. – Так это правда, что вы уже жених и невеста?

Теперь настал их черед смутиться. Алекс даже подскочил на стуле.

– Нет! – воскликнула Кэтрин.

– Нет! – эхом отозвался Алекс. Чересчур быстро и громче, чем следовало. – Друзья. Только друзья.

– Ф-ф-ф… – Грейс перевела взгляд с Алекса на Кэтрин. – Пойду принесу ваш заказ.

Кэтрин вернулась к созерцанию парада. Какая ужасная ошибка! Зачем она решила остаться с ним еще на день? От всего, что он говорил сегодня, возникало только одно желание – плакать.

Затянувшаяся тишина становилась все более напряженной. Никто не решался первым нарушить молчание. И вдруг все заговорили разом.

– Сегодня вечером я уезжаю.

– Ну где же ее кофе?

– Кто-нибудь видел Бадди?

– Как твое колено?

И вдруг все так же внезапно замолчали. Эстер с недоумением посмотрела на Сесила и затем вместе с ним на Кэтрин.

– Что ты сказала? – переспросил Сесил.

– Я уезжаю. Сегодня вечером. Я пришла попрощаться с вами. – Кэтрин не сводила глаз с кончиков своих пальцев. – И еще хочу сказать, что мне будет недоставать вас.

– Куда ты едешь? – тихо спросила Эстер.

Кэтрин пожала плечами:

– Точно не знаю. Но я напишу вам.

Никто не произнес ни слова. Через стены и стекла в помещение пробивались грохот барабана и приглушенный шум толпы. Кэтрин не замечала этих звуков.

– Смотрите, кто здесь! – воскликнул Алекс, вставая из-за стола и стуча в окно.

Снаружи возле кафе стояли Бадди и Джоди. Молодой человек заметил Алекса и помахал рукой. Через минуту брат с сестрой уже подсели к их столику.

Кэтрин попивала кофе и поочередно смотрела на знакомые лица всех сидящих за ее столом. Она любила каждого из них, и это было в некотором роде чудом. Если бы шесть месяцев назад ей сказали, что она окажется в центре города и будет там восседать в кафе в окружении пятерых друзей и испытывать боль от расставания с ними, она бы хохотала до колик в животе.

– Кэти, вы принесли корзину?

Прошла добрая минута, прежде чем до нее дошло, о чем ее спрашивает Джоди. Она кивнула.

– А вы не хотите отнести ее на эстраду? Моя уже там. До аукциона осталось всего полчаса.

Кэтрин словно оцепенела. «Алекс, – мысленно взмолилась она, – ну скажи же что-нибудь».

– Гениальная мысль, – заметил он. – Идите вперед. Я подойду к вам ближе к началу торгов.

Это были совсем не те слова, которые Кэтрин хотела услышать от него, но она не нашла в себе сил отказаться.

– Да, конечно.

Она встала и взяла корзину, чувствуя, как у нее заколотилось сердце. Если она сейчас не успокоится, ей может сделаться дурно.

– А вы, дорогие мужчины, готовьте кошельки, – сказала Джоди и, поглядев на Кэтрин, хитро улыбнулась. – Не думайте, что мы вам дешево обойдемся.

– Ты думаешь, Эван Тейлор выложит все свое состояние, чтобы сразить тебя? Жди-жди. – Бадди погрозил кузине пальцем. – Я просто обязан предупредить его.

– Не смей лезть не в свое дело. Предоставь мне самой разбираться с Эваном. Так же как и Кэтрин сама разберется с Алексом.