— Какой дурак тебе это сказал?

— Я слышала. Придворные шептались.

— Ты мне веришь?

— Верю.

— Клянусь, ты самая настоящая, стопроцентная принцесса!

— Вот хорошо-то. А я все думаю, зачем тогда папе со мной возиться было.

— Конечно. Он встрепенулся.

— Ты что там делаешь?! Она засовывала ему за пояс молоток.

— Не смей, ты слышишь?!

— Ты не можешь все время так стоять. — прошептала она. — Да еще с грузом. Ты и так удерживаешь еще двоих.

— Что ты задумала?!!!

Он повернул голову, насколько мог, стараясь понять, что это она такое делает. Всей пятерней он держал ее за ворот комбинезона. Ногами Мосик упирался в крошащийся камень. Краем глаза он рассмотрел бледные веснушки на вздернутом носу.

Мона разжимала по одному его затёкшие пальцы, высвобождая ворот своего комбинезона.

— Нет!!! В последний раз он увидел ее круглые глаза.

— Мосик, живи. — шепнула она. И молча пошла в бездну.

Мосик наконец сумел поднять глаза. На него без звука смотрели Стим и Дупель.

*** «Что это?» — оцепенело подумал Мосик.

Какая-то тень покрыла стену. Он посмотрел наверх, чтобы узнать, что делают машинки.

Сверху безмолвно спускалась странная птица. Она поравнялась темным, из непонятного материала крылом с висящими на веревках людьми. Крыло было огромным. В ее боку распахнулась дверь.

— Мосик, Стиммвел, заходите. — раздался громкий голос, непонятно, откуда шедший. — Дупель, заходи.

Воздушная опора услужливо подставилась под ноги Мосика и тот ступил дрожащими ступнями на темное крыло. Потом стал понемногу вытравливать трос, спуская вниз товарищей.

— Флайер Барса! — счастливо воскликнул Стиммвел. — А ты говорил, что Стайс погиб! Мосик изумился.

Они все втроем проникли внутрь огромного флайера. Прежде, чем закрылся люк, с грохотом обрушилась платформа.

— Где Гвендалин? — спросил Мосик.

— Ее нет. — ответил Стайс.

Глава 15

Неделей ранее.

— Вот как?! — Вендрикс был зол. Гивил их обманул, как новичков.

Теперь он занял кресло пассажира. За его спиной стояла Эрреба. А Мона швырялась пластиковыми стаканами в камбузе. Найти что-либо более увесистое ей не удалось. Недостаток грохота и звона она дополняла громкой руганью. Никто не мешал ей грубо выражаться.

Галлах сидел с недобрым выражением лица. Он держал пальцы на рукоятках, словно, никак не мог решить, с чего начать. «Давай, отвезем ее к Дорнвану.» — предложил ему нимра.

Волк Чевинк с удивлением взглянул на побратима. Вот так всегда у нимры. Ты думаешь, что он сейчас со злости родит еще одну Вселенную, а он, как ни в чем ни бывало говорит: давай сначала прихлопнем муху.

— Давай. — сказал Галлах.

Возиться с этой бешеной воровкой на борту им не хотелось. И флайер взял курс на юг.

В Стануокке они рассказали королю, как было дело. Король Дорнван не одобрял решения Мосика и того, что тигры согласились с ним и позволили ему попасть в Элизиум. Но было и без того ясно, что мечты о том, чтобы Мосик занял трон Стануокки, при нынешних условия подобны тихому голосу в реве урагана. Назревали события планетарного масштаба.

— Куда теперь вы? — спросил Дорнван.

— Взять Гивила за горло можно лишь одним путем — угрозой лишить его того, что ему в самом деле важно. Флот его на орбите уничтожить мы не можем. Значит, остается Санаторий. Тигры пробыли с королем всего лишь сутки.