Эмили наблюдала за происходящим с раскрытым ртом.

Лакеи и дворецкий носились вокруг стола, от одного гостя к другому, пытаясь помочь всем одновременно. Камердинер почти ожившего критика бросился поднимать Мора. Тот замахал руками, отказываясь от помощи, но едва приподнявшись, грохнулся снова – на этот раз разбилась пиала со скользким малиновым джемом. Перепачканный с ног до головы Мор вцепился в угол стола, но, лишь стянул скатерть и оставшиеся целыми столовые приборы. Посуда с грохотом и праздничным звоном посыпалась на Мора. Эйдан едва успел вытащить из-за стола Эмили и отвести в сторону. Виконт и дворецкий оттащили графиню к тахте в дальнем углу комнаты.

Беглая лягушка в самый последний момент «взлетела» и очутилась на люстре. Победоносно квакая, она взирала сверху вниз на своего преследователя, который вновь остался с носом. Не желая сдаваться так просто, натуралист забрался на один из уцелевших стульев, а после и вовсе на стол. Лягушка, не ожидавшая такой прыти, спикировала вниз, растопырив перепонки на лапах и… угодила прямо в руки лорда.

– Попалась, маленькая негодница! – воскликнул он, с нежностью поглядывая на лягушку, которую заключил в «кокон» из ладоней. – Прошу вас, мистер Стаут, верните ее в аквариум. Она, должно быть, голодна.

Лорд бережно передал лягушку натуралисту. Тот, не медля ни секунды, отправился наверх под возмущенное кваканье.

Учиненный крохой погром был поистине колоссален. Остатки ужина валялись на полу вместе со скатертью и Мором, который оставил попытки подняться самостоятельно. Графиню кое-как привели в чувства. Лакеи рассеянно хлопали глазами, ожидая указаний от дворецкого, который и сам не знал, с чего начать.

В комнате повисла оглушительная тишина, пока ее не прорезал хриплый смех лорда. Его подхватил Голдвин, а после и остальные. Только Эйдану было не до веселья.

– Вы не ели печенье, мисс Эмили?

– Нет… – Она помотала головой.

– Не прикасайтесь к нему. – Эйдан заметил, что лорд прекратил смеяться и теперь внимательно слушал их разговор.

– Господа, дамы, прошу всех перейти в малую гостиную, – наконец объявил он. – Кажется, сейчас самое время раскрыть карты.

Хозяйка Гарден Холла

После разгромленной столовой малая гостиная, чистая, просторная, украшенная пышной елью, казалась настоящим уголком спокойствия. В еловых лапах мерцали огоньки свечей, мягкий ковер и удобные кресла манили уютом. Пламя в камине весело потрескивало, и только непроницаемый туман за окном добавлял цвет угрозы этой идеалистической палитре.

Отчего-то Эмили ощущала себя, как та лягушонка, пойманная в клетку ладоней. Неужели кто-то хотел отравить ее фирменным печеньем миссис Тилли? Неужели этот кто-то сейчас вместе со всеми усаживается в кресло, вытягивая ноги у камина, или мерит комнату нетерпеливым шагом? Конечно, своими вопросами за ужином лорд Уинтерборн разворошил осиное гнездо, но могла ли одна из этих ос ужалить его самого и скромную библиотекаршу из Лондона? Кому понадобилась ее смерть? Чутье подсказывало, что ответ не заставит себя долго ждать.

Гости расселись кто куда. Графиня Эшборо, бледная, как привидение, обитавшее в замке, расположилась у камина, рядом с самим лордом. Мистер Стаут вернулся без «спутницы» и встал поодаль, сложив руки на груди и бросая на графиню обиженные взгляды. Виконт Патнем присоединился к нему, вольно или невольно повторив позу, только надутые щеки делали его похожим на шкодливого школьника.