Изменить размер шрифта - +

— Эрассата для прекраснейшей, — возвестил он, одной лапой убирая мой суп, двумя другими размещая передо мной тарелку с чем-то воздушно-кремово-зеленым, на желейной основе.

Я хотела было поблагодарить, но когда повернулась, рядом со мной уже никого не было.

— Наверху, — сообщил Даррэн.

Запрокинув голову, я увидела, как поднимающийся по паутине Ройх исчезает в темноте… Выглядело жутко.

— Можешь пересесть ко мне ближе, — неожиданно предложил господин Эллохар.

Подхватив тарелку и столовые приборы, я обошла стол и устроилась поближе к Даррэну, а он переставил ближе ко мне бокал вина. Следующий глоток я сделала, задумчиво разглядывая таверну — до этого я сидела к ней спиной, теперь же мне представилась возможность разглядывать ее интерьер, затопленный полумраком. А после я как-то неожиданно поняла, что бокал скорее пуст, чем там еще есть хоть глоток, и приступила к дегустации блюда, названного эссаратой.

Я отключилась от всего происходящего с первой ложки!

Это было нечто невероятное — легкий мусс словно таял на языке, погружая в удивительные картинки, и я вдруг отчетливо увидела туманное утро в деревне, где у папы была практика. Подернутый белой дымкой лес, стадо коров, с перезвоном привязанных к их ошейникам колокольчиков отправляющееся на пастбище, запах едва скошенного сена, аромат свежего хлеба, который няня только-только вынула из печи…

Когда я открыла глаза, возникло невероятное ощущение, что я проснулась в собственном сне. Передо мной вновь стоял бокал до краев наполненный вином, и я не отказала себе в удовольствие сделать еще глоток, прежде чем вновь унестись в путешествие по грезам, со второй ложечкой эссараты.

И я словно перенеслась в цветущие сады Сарды, вдохнула воздух, напоенный ароматами цветов, услышала пение птиц и ощутила, как по венам вое быстрее бежит кровь, как хочется кружиться, раскинув руки, а желание пробежаться по дорожкам я с трудом подавила, ведь я леди — леди Найрина Сайрен, едва поступившая на первый курс целительского факультета.

Распахнув глаза, торопливо запила чувство горечи от утраченного вином, и набрала последнюю, третью ложечку эссараты, чтобы…

— Знаете, это сон, — несколько растерянно произнесла я, — но, Даррэн, если вы это не попробуете, я себе подобное не прощу!

— Да? — все как-то странно плыло, но я серо-синие глаза Даррэна я видела очень отчетливо. И вдруг эти глаза оказались ближе, и я услышала искренне удивленное: — Никто и никогда не делится эссаратой, Найриша. Видишь ли у нес разовый эффект, ее готовит всего один повар в Хаосе и ее можно всего три ложечки. Так что ешь, прелесть моя, мне нравится слышать, как ты тихо стонешь от удовольствия, проживая самые неординарные моменты своей сознательной жизни.

— Неординарные? — переспросила я.

— Мм… важные, приятные, переломные, у всех по-разному, но это всегда незабываемое удовольствие и незабываемое лакомство. И не забудь сделать еще глоток вина, он усиливает вкус эссараты.

Даррэн отодвинулся, а я не смогла не спросить:

— А вы сами пробовали ее?

И получила честный ответ:

— Не доводилось. Это считается женским лакомством — ведь эссарата позволяет получать удовольствие от прошлого, мужчины же предпочитают жить будущим, так что…

Я молча, но настойчиво поднесла ложечку к губам господина Эллохара, и увидела, как недоуменно вскинулась его бровь.

— Это же мой сон, — напоминаю очевидное, — а мой сон — мои правила. Пробуйте!

Несколько секунд мне казалось, что он откажется, но долгий пристальный взгляд в мои глаза, а затем Даррэн потянулся за бокалом, сделал глоток вина, и медленно произнес:

— Мне половину и тебе половину, хорошо?

И я поняла, что при ином раскладе мне откажут.

Быстрый переход