На мгновение Лорен была ошеломлена. Проклятье! Да он просто от нее отмахнулся! Глаза Лорен вспыхнули от поднимающегося в ней гнева. Затем выражение лица изменилось, так как она подумала, что потеря самообладания не принесет ей ничего хорошего.

– А если все-таки повторится? – спросила Лорен, кое-как справившись с раздражением, которое Коулби вызвал в ней. – Что если сегодняшний звонок был лишь началом? Я должна вам напомнить, что в моем доме тридцать шесть служебных линий.

Коулби упустил возможность ответить, потому что Лорен собралась с силами и высказала все, что у нее накипело.

– Не стоит говорить, что этот мерзавец может воспользоваться всеми телефонными номерами. Что если он знает их и решит по своему капризу терроризировать меня? Что мне делать тогда, лейтенант? – спросила Лорен, вызывающе глядя на него.

Коулби вышел из себя, но как можно спокойнее разъяснил:

– Если звонки повторяются снова, то, пожалуйста, зафиксируйте точное время каждого звонка и сообщите об этом мне.., или Гордону Хансону. Я обо всем поставлю его в известность. Коулби принужденно улыбнулся.

– И…

– И что же затем? – прервала его Лорен. «Черт! – подумал Коулби,и стиснул челюсти, чтобы взять себя в руки. – У этой женщины досадная привычка перебивать».

Он сосчитал в уме до десяти и выдавил из себя скупую улыбку.

– Тогда через телефонную компанию мы сможем выяснить, кто ваш воздыхатель и…

– Спасибо, но он вовсе не мой воздыхатель! Ее надменность забавляла Коулби, и он забыл о своем негодовании. Он фыркнул со смеху.

– Я рада, что вы находите мою ситуацию столь забавной, лейтенант, – мягко пристыдила его Лорен.

– Простите мне мой смех, – сказал он, поспешно спрятав улыбку, хотя в его голосе смех все еще слышался, когда он добавил:

– Я не подумал, как это прозвучит.

Он ни в малейшей степени не раскаивался, и они оба знали это. Лорен вскипела от злости. Она поспешно прошла через всю комнату и открыла дверь. Что касается ее, то интервью закончено.

Лорен ждала, кое-как справившись с собой и не позволив себе выказать свое нетерпение легким постукиванием ноги по полу. Она презирала себя за то, что вызвала полицейского, так как пришла к выводу, что и сама могла бы отделаться от звонившего хулигана. Лейтенант же по какой-то непонятной ей причине упорно сгущал краски.

Коулби не хотел замечать открытой двери, зная, что Лорен раздосадована на него. И хотя он сам не мог понять почему, но чувствовал необходимость произнести хорошее впечатление на Лорен. Он подошел к ней, решив заставить ее улыбнуться.

– Вы в порядке? – прошептал он. В его голосе послышались нежность и забота, а глаза всматривались в решительное лицо Лорен с таким напряжением, что она еще больше обиделась на него.

– Полагаю, да, – ответила она так холодно, словно в голосе прозвенела сосулька.

Его рассердило, что она была так чертовски недружелюбна.

– Это окно надо немедленно починить, мисс Шейлер, – подчеркнул Коулби, стиснув челюсти и всеми силами пытаясь себя контролировать.

Он указал ручкой на представляющее опасность окно и сунул ее в карман.

– И я бы вам предложил: не теряйте времени зря и измените номер вашего телефона.

Он уставился на нее, смущая взглядом, и сам оказался во власти очаровательных зеленых глаз и соблазнительных губ, которые в какой-то степени даже открыто манили к себе.

Коулби глубока вздохнул и вобрал в себя свежий, пахнущий миндалем запах ее волос.