А после они лежали бок о бок, взявшись за руки, прижимаясь разгоряченными телами.

– Мне ужасно понравилось быть с тобой, – прошептал Коулби, уткнувшись носом ей в плечо.

– Тогда оставайся, – прожурчала она, прижимаясь к нему, положив стройную ножку ему на бедро.

– Навсегда, – пообещал он, подтягивая ее к себе ближе и покрывая поцелуем ей рот, чтобы запечатлеть это обещание на ее устах.

– Коулби, – прошептала она после долгого молчания, и он что-то промычал в ответ. – А что ты делал на улице?

– Я подумал, что услышал вора, – пробормотал он сонно, – но это был лишь плод моего возбужденного воображения.

– М-м-м-м.

Лорен прижалась еще теснее и, получив мучительно нежный поцелуй в бугорок ближе к ее рту, закрыла глаза и заснула.

Коулби разбудил ее перед рассветом. Небо по краям окрасилось в розовые тона, а по комнате через высокие, узкие окна по обеим сторонам кровати плясал переливчатый свет.

И когда они утолили свои ненасытные желания, он приподнялся на локте и посмотрел на нее.

– Мужчина может к этому привыкнуть, – сказал он, пробегая пальцами по ее улыбающемуся рту.

Впрочем, как обнаружила Лорен в последующие трое суток, может привыкнуть и женщина. Коулби ходил на работу и приходил к ней домой каждый вечер и к ней в постель каждую ночь. Лорен, уверяла себя, что наконец-то она нашла настоящее счастье. У нее было все: работа, которая доставляла ей удовольствие, и любовь мужчины, который неожиданно стал самым важным человеком в ее жизни.

В пятницу, когда после вкусного обеда, приготовленного вместе, они наслаждались, потягивая вино, Коулби откинулся на спинку стула и долго сидел так, напряженно уставясь на темно-красную жидкость в бокале.

Казалось, что он над чем-то размышляет. Неожиданно Лорен почувствовала спазм в желудке от какого-то неясного предчувствия. Она посмотрела на тарелки на столе, на наполовину наполненный вином графин, на корзинку с хлебом и остановила недоуменный взгляд на лице Коулби.

В чем дело? Она должна знать. Что бы там ни было, каким неприятным оно ни было бы, она должна знать. «Пожалуйста, очень прошу тебя, расскажи мне, – умоляла она молча. – Не отгораживайся от меня».

– Что? – Коулби посмотрел на Лорен, и она заметила, что в его глазах была отрешенность, как будто в своих мыслях он был далеко и вынужден был приложить усилие, чтобы вновь вернуться к ней. – Извини. – Его улыбка была горестной. – Я только что обдумывал, как сказать то, что, возможно, тебе не понравится.

Ее сердце затрепетало от страха. Неужели он опять встречался с Энн Малруни и сейчас ему тяжело сказать, что любовная связь с Лорен была всего лишь приятным промежуточным эпизодом? Она приготовилась услышать самое худшее.

– До сих пор ты был очень честен и откровенен со мной, – сказала она, сжимая руки в кулаки под столом. – Оставайся же таким и сейчас.

– Это был твой племянник, – сказал наконец Коулби и с тяжелым вздохом поставил бокал с вином на стол. – Дональд Рийан Хантер. – Под его спокойным тоном скрывалось негодование.

– Донни? – спросила потрясенная Лорен, моргая в замешательстве. – Какое отношение имеет ко всему Донни? К нам?

– Он тот, кто звонил тебе по телефону. Телефонная компания отследила все звонки, и все они были по телефону Хантеров.

– Я не могу в это поверить! – воскликнула Лорен, так сжав зубы, что у нее заболела челюсть. Но чем больше она думала об этом, тем более правдоподобным оно ей казалось. Она припомнила, какой интерес проявил Донни к ее коммутатору, как он пытался запомнить имена клиентов, которые пользовались Службой быстрого ответа.