Миссис Герет покачала головой:

— Вы не верите ни одному своему слову. Я напугала вас, как вы меня, вот вы и храбритесь. Да, я упрощаю, коль скоро упрощать — значит отказываться понимать безрассудство страсти, морочащей голову молодым болванам р-р-роковыми препятствиями и чудовищными жертвами. Могу только повторить: вы для меня непостижимы. От вашего своенравия выть хочется. Однако… — Голос ее пресекся, она долго колебалась, но проявила волю, победила себя и продолжала: — Я не стану возвращаться к этому снова. Никогда. Оуэна я в состоянии понять: Оуэн болван. Оуэн — болван, — повторила она со спокойной, трагической безапелляционностью, глядя Фледе прямо в глаза, — не понимаю, зачем вы маскируете очевидное: он до ужаса глуп.

Фледа замялась; наконец, не выдержав взгляда своей соратницы, она потупила глаза и сказала:

— Потому что я люблю его. И потому, что он нуждается во мне, — добавила она.

— По этой причине и его отец, на которого он как капля на каплю похож, нуждался во мне. И я его ни разу не подвела, — проговорила миссис Герет. И, помолчав, чтобы дать Фледе возможность оценить сказанное, изрекла: — Мона Бригсток отнюдь не слаба, она сильнее вас.

— Я никогда не считала ее слабой, — отвечала Фледа, незаметно оглядывая комнату с новой целью: куда-то делся ее зонтик, она его нигде не видела.

— Говорила же я вам: дайте себе волю, только вы, что вполне ясно, этого так и не сделали, — заявила миссис Герет. — Если Мона им завладела…

Фледа как раз завершила свои поиски; ее собеседница умолкла, прервавшись на полуслове.

— Если Мона им завладела? — спросила Фледа, складывая зонтик.

— Что ж, — многозначительно вздохнула миссис Герет, — тогда будет вполне ясно, что она на это пошла.

— Дала себе волю?

— Дала себе волю, — сказала миссис Герет так, словно видела это во всех подробностях.

Фледа почувствовала, что значит ее тон, и, закончив приготовления, подошла к двери и распахнула ее.

— Мы поедем искать его вместе, — объявила она своей приятельнице, которая, застыв на месте, пронзительным взглядом сверлила ее лицо. — Возможно, о нем знают у полковника.

— Едем туда. — Миссис Герет взяла перчатки и кошелек. — Но первым делом, — добавила она, — нужно телеграфировать в Пойнтон.

— Почему и не в Уотербат?

Ее соратница задумалась:

— От вашего имени?

— От моего. Я видела контору телеграфа здесь на углу.

Фледа держала дверь открытой, а миссис Герет натягивала перчатки.

— Простите меня, — вдруг сказала она и добавила: — Поцелуйте меня.

Фледа, уже на пороге, поцеловала ее. И они вышли.

Глава 19

В конторе на углу, на которую пал выбор ради экономии времени, Фледа составила телеграмму — составила молча под взглядом миссис Герет и молча протянула ей листок: «Телеграфирую Уотербат случае вашего пребывания там тчк Прошу приехать». Миссис Герет, подержав телеграмму в руке, прочла ее и еще не один раз перечитала; затем, не выпуская листок из рук, устремила взор на Фледу; казалось, она что-то обдумывала. В ее взгляде забрезжило что-то мягкое, доброе; Фледа отметила, что, словно в награду за полное смирение, ее суровость чуть-чуть смягчилась.