— Ты о чем там так напряженно размышляешь? — поинтересовалась Бушуева, словно почуяв, что это ее касается.

— Да вот думаю, сработает моя идея с маркером для пейнтбола? — соврал Вяземский, вроде вышло вполне достоверно, так как Ольга успокоилась и снова улеглась к нему на грудь.

Минут через десять она ушла курить, а он, усевшись, принялся рисовать себе на груди руну здоровья, ему требовалась новая порция лечения.

Ложились поздно, уже за полночь, вот только выспаться Радиму не дали, его разбудила яркая вспышка из коридора, а затем звон разбитого стекла. Вяземский вскочил и, выдернув из кобуры кукри, голышом рванулся в коридор. Под босой ногой хрустнули осколки стекла. Засветив светляк, он уже приготовился к бою, но сражаться было не с кем. Возле разбитого зеркала, осколки которого усеивали весь пол, лицом вниз лежал мужчина.

Вяземский медленно и осторожно, чтобы не порезаться, двинулся к нему. Присев рядом, он не слишком резко перевернул незваного гостя на спину. Лицо того было в крови, как будто он им пробил стекло. Из щеки торчал внушительный осколок. Дикий узнал его с первого, взгляда это был Беглый.

Неожиданно бывший КГБшник открыл глаза, и уставился на Вяземского.

— Дошел, — прохрипел он.

Радим озадаченно уставился на незваного гостя. Рваная одежда, руки покрыты черной тонкой паутиной. Присмотревшись, он увидел, что шея, да и лицо тоже, в такой-то сетке.

— Слушай меня, — почти шепотом произнес он и вдруг резко ухватил Радима за шею и пригнул его голову к своему лицу, — мне пара минут осталось, демоническое проклятье, такое не лечатся. Я сдержал его и смог дойти сюда, это важно. Дневник князя можно прочесть только, где он был написан, в междумирье, ответы в нем. Во всяком случае, я так думаю. Жаль, не успел нормально с тобой поговорить, теперь уже поздно. Последние силы истратил, чтобы до тебя добраться. Слушай и запоминай, доведи до отдельских. В зазеркалье появились выходцы из демонических миров, и если стрижига — простые сборщики, то это солдаты и офицеры. Они хотят захватить тот мир, и через него найти дорогу в наш. Тут для них раздолье будет, сколько душ можно поглотить. Им явно помогают местные, но это все, что могу сказать, ни мест дислокации, ни кто конкретно помогает, не скажу. Я случайно наткнулся на их разведчика, они очень сильны, я не смог его убить, только ранить. Но он, прежде, чем уйти порталом, меня проклял. А еще им очень нужен ты, со своими артефактами. Это позволит им распахнуть ворота во всю ширь. Ты все понял?

— Да, Беглый, я все понял, я доведу до них информацию.

— Молодец, — устало прошептал Беглов. — И берегись, теперь нигде не безопасно. За девками своими приглядывай, могут к ним прийти, впереди война, правил не будет. А теперь добей, жжет, сил нет.

— Ответь, почему ушел из конторы?

Слабая улыбка тронула губы бывшего гбшника.

— Коллеги хотели наложить лапу на один артефакт, я не дал. Они объявили охоту, извини, подробней не скажу, времени почти не осталось. Прошу еще об одном, похорони тут, где-нибудь в лесу, в тиши. Хочу в родной земле лежать.

Вяземский кивнул и, сотворив руну льда, тонкой иглой пробил висок бывшего майора госбезопасности Ивана Александровича Беглова, по прозвищу Беглый. Ходок-ренегат дернулся и затих, Радим опустил его на пол.

— Вечно с тобой все не по-людски, — произнесла вышедшая в коридор Ольга. Она все же приоделась, во всяком случае, трусы и лифчик были на ней, в руках она сжимала штатного Грача. — Кто это?

— Бывший майор КГБ, ходок-ренегат по прозвищу Беглый, — ответил Вяземский, поднимаясь и прикидывая, как вытащить тело. Пожалуй, оптимально, через гараж, хорошо там теперь зеркало появилось. Блин, зима на дворе, а ему теперь могилу копать. Но последняя воля человека, который истратил остаток сил на то, чтобы найти его и предупредить, для него была свята.