|
Она смертельно устала после целого дня, проведенного в дороге, и все еще не могла прийти в себя после происшествия у Роя, однако понимала, что придется призвать на помощь все силы, чтобы произвести хорошее впечатление на маленьких девочек. Ведь от первого впечатления многое зависит! Ей хотелось, чтобы они с Сойером поехали на ранчо одни и хорошенько отдохнули, прежде чем встретиться с Бенсонами и с детьми, но она не рискнула предложить ему такое. Сойеру не терпелось поскорее увидеть своих девочек, и Мэгги не винила его. Он привез ее сюда, чтобы она стала им матерью, и будет плохим началом, если она попытается уклониться от своих обязанностей только потому, что устала.
Ничего, она отдохнет, когда познакомится с ними и уложит их спать. Наверняка они не намного отличаются от Коры, а Мэгги очень любила ее. При одной мысли о маленькой кузине у нее стало тяжело на душе, но она быстро напомнила себе, что теперь у нее будет две девочки, которых она будет любить, а может быть, и три, если у нее родится дочь. Хорошо, если на ранчо будет много детей. Она сделает все, чтобы там всем было радостно и все были счастливы. – Бакай приблизительно в двух милях отсюда, – неожиданно сказал Сойер, прервав беседу с Сэмом. – А Тэнглвуд – в шести милях на запад. Прямо по дороге живут Бенсоны. Хэтти и Билл тебе понравятся. Фургон проехал мимо колодца, въехал в ворота посередине изгороди из частокола, и Мэгги увидела в темноте прямо перед собой двухэтажный деревянный дом. В окнах на первом этаже горел свет. – Сойер Блейк, это ты? – раздался веселый голос, и в желтом свете в дверном проеме появилась полная миловидная женщина средних лет. – Конечно, я, Хэтти! А где мои девочки? – Сойер спрыгнул с повозки и обежал лошадей, чтобы помочь Мэгги. – У меня для тебя сюрприз! Уже через миг Мэгги стояла рядом с Сойером в ярко освещенной гостиной, в которой находились сосновый стол, стулья и старый диван, набитый конским волосом. Деревянный пол был устлан циновкой, на которой лежала шашечная доска – над ней сидели два мальчика, поглощенные игрой. Рядом с окном, завешенным полотняной занавеской, стоял низкорослый мужчина с орлиным носом, в клетчатой рубашке и холщовых штанах и разглядывал ее из-под кустистых бровей. Возле него стояла женщина с лучистыми глазами, одетая в полотняную юбку и простую белую блузку, и изумленно смотрела на Мэгги. Две маленькие девочки, которые только что с радостным визгом обнимали Сойера, спрятались теперь за его ногами и робко поглядывали оттуда на незнакомку. Мэгги сцепила ладони – она чувствовала себя не в своей тарелке: столько пар глаз разглядывали ее. Выглядела она ужасно. Темно-синее платье, нарядное и тщательно выглаженное утром, теперь превратилось в мятую тряпку, прическа растрепалась, и пряди волос рассыпались по плечам. Облизнув пересохшие губы, она попыталась выдавить из себя улыбку. – Мэгги, перед тобой Хэтти и Билл, – сказал Сойер, – самые лучшие соседи на этом берегу Бразоса. А вот эти две скромные барышни – мои маленькие красавицы, Абигейл и Регина. Довольно звучные имена для таких малышек, правда? – Он засмеялся, но Мэгги слышала в его голосе гордость и любовь. Девочки и правда были красивые. Крошечные, темноволосые, с огромными, как блюдца, голубыми глазами. У пятилетней Эбби уже сформировались утонченные черты лица, характерный изгиб губ. А у трехлетней Регги все еще было круглое детское личико, очаровательные кудряшки и нос-пуговка. – Здравствуйте. – Мэгги неловко кивнула Бенсонам и с заискивающей улыбкой наклонилась к девочкам. Она стеснялась нисколько не меньше их, особенно под испытующим взглядом проницательных серых глаз Сойера, которого, как она понимала, очень волновало, поладит ли она с ними. – Меня зовут Мэгги, – ласково сказала она. |
