Джонас засмеялся:

— У нас есть столько забавных слов, а произнести их мы не можем.

— Так или иначе, мы девственники, — уточнил Джерри. — Не знаю, как ты, но я намерен как можно быстрее излечиться от этой болезни.

— А почему ты не излечился раньше?

— Семья. Окружение. А ты?

— Полагаю, по тем же причинам. Откровенно говоря, у меня и нет знакомых девушек.

— Скажи мне, что ты написал в анкете в графе «Религия»?

— Ничего. Мне сказали, что заполнять ее не обязательно.

Джерри изобразил вселенскую печаль.

— Почему тебя не записали католиком? Тогда ты ходил бы в церковь и клуб молодых католиков, где мог встретить не просто девушек, но наивных девушек.

Джонас пожал плечами. Он уже начал чувствовать, как воздействует виски на человека.

— Девушки, Джонас! Разве тебе не нравится смотреть, как перекатываются их упругие ягодицы при ходьбе?

— Ну… я как-то не присматривался… слишком уж.

— Так начни! Начни присматриваться. Смотри на задницы. На титьки. Сконцентрируйся на главном. Мы должны попасть в дамки до того, как наденем форму.

7

Когда Джерри узнал, что Джонас не может уехать домой на рождественские каникулы (ехать далеко, а в условиях войны достать билеты практически невозможно), он пригласил Джонаса к себе. Тот согласился и прожил две недели в еврейской семье в Бруклине. Впечатления остались незабываемые. Кроме того, он немного выучил еще один язык — идиш.

Ни Джонасу, ни Джерри не удалось к тому времени достигнуть поставленной цели. Они по-прежнему оставались девственниками. Но, следуя рекомендациям Джерри, Джонас начал повнимательнее приглядываться к девушкам. По иронии судьбы в поле его зрения попала и Сюзан, сестра Джерри. Он отметил размер ее груди. Оценил, как она виляла бедрами при ходьбе. Он так увлекся своими исследованиями, что ему даже пришлось одернуть себя: очень уж вызывающе все это выглядело. Лежа в кровати в комнате для гостей, он представлял себе, как Сюзан стучит в дверь, входит, раздевается, ныряет под одеяло. В реальной жизни он к ней не прикоснулся. Она же была сестрой его друга! Но фантазии грели ему душу и тело.

8

Пришла весна, а их желания так и не претворились в реальность. Джонасу пришла в голову здравая мысль, что они очень уж откровенно выказывают свои намерения. Девушки, с которыми они встречались, знали, чего они хотят. А вот сами девушки этого не хотели.

Наконец в апреле Джерри убедил двух девушек заглянуть в их комнату в общежитии. Поскольку официально девушки туда не допускались, им пришлось подняться по пожарной лестнице, залезть в окно и через холл проскользнуть к юношам. Такие сложности, кстати, отпугивали многих девушек.

Девушки были из города. То есть жили в Кембридже. Одна еще училась в школе. Вторая школу закончила и работала официанткой. Обе жили с родителями и к одиннадцати их ждали дома.

На красавиц девушки не тянули. Темноволосая, кареглазая толстушка Элен и худенькая блондинка Рут. На лице Рут пламенели два прыщика и остались язвочки от уже заживших.

Все четверо прекрасно понимали, ради чего они идут в общежитие. Нерешенными оставались два вопроса: кто будет с кем и на каких условиях?

Девушки, как выяснилось, желали получить по пять долларов каждая. Джерри отрицательно покачал головой, соглашаясь максимум на два.

Джонас схватил Джерри за рукав серого твидового пиджака и вывел в коридор.

— Слушай, идиот, ты читал «Простаки за границей» Марка Твена?

— При чем здесь?..

— Всю жизнь «пилигримы» мечтали о том, чтобы поплавать по Галилейскому морю.