— Я уже чувствую их впереди. Помалкивай. Вивасьян говорил, что здесь... водятся... всякие твари... Нили хрипло пробормотала что-то про жабьи потроха. Среди Волшебников не было своих Проводников — эта мутация не проявлялась среди представителей их расы, и они ее не очень-то и приветствовали. Вал их просто поразила. Однако Вивасьян сказал: «В мире под названием Нарангон, жители которого старые и непримиримые враги Инфальгона, есть оружие, способное уничтожать боевые машины. Нам о нем известно, но ни один торговец никогда его нам не предлагал. Теперь это оружие нам необходимо».

— Мы близко, — прошептала Вал.

Они прокрались вокруг огромного валуна, отломившегося, должно быть, от потолка давным-давно. Оказавшись по другую сторону валуна, более или менее освещенного их фонариками и пятнами фосфоресцирующего мха, они остановились. Все сбились кучкой поближе к камню, между тем, как Вал поворачивалась вокруг себя, напрягая чутье. Ее закрытые глаза и отрешенное лицо завораживали Редферна.

Они попали в эту пещеру из подвала замка Волшебников, и искали теперь следующие Врата, чтобы продолжить свой мрачный путь сквозь измерения.

Позади них послышался звук — что-то как бы ползло по перекатывающейся гальке.

Тони повел фонариком. Нили помянула жабьи гляделки и выхватила лучевое оружие. Редферн почувствовал, как подступает к горлу содержимое желудка и тоже извлек оружие, стреляющее зеленым лучом. Вал стояла по-прежнему, разыскивая в невещественной среде следующую узловую точку. Над ними внезапно нависло чешуйчатое тело гигантской змеи. Клинообразная голова уставилась на них, постреливая длинным языком. В свете фонариков блестели четыре длинных клыка, торчащих из окаймленного черной полоской рта. Огромная голова рептилии покачивалась вперед и назад, глаза отсвечивали желтым светом. Свитое в чешуйчатые кольца тело заструилось вперед. Холодный блеск чешуй завораживал, так же, как ярость, горевшая в желтых глазах.

— Клянусь благим Арланом! — дрожащим голосом прошептал Тони.

Свирепая клинообразная голова метнулась вперед. Голова была не меньше малолитражки, огромная пасть могла бы поглотить человека в один присест. Редферн испытал потрясение, представив на миг руки и ноги Вал, торчащие, словно палочки, по обе стороны этой плоской пасти. Нили выстрелила. Бледно-зеленый луч прошил чешую и кожу. Из разодранной плоти вдруг проглянули кости. В воздухе вился дым. Пещера наполнилась запахом горелого мяса. Редферн тоже начал стрелять. Голова змеи отделилась от тела и рухнула рядом с ними.

Но теперь она подпрыгивала, плясала и билась уже без тела. Словно мяч, она ускакала в темноту пещеры. Тело же неистовствовало. Чешуйчатые петли свивались и развивались, метались и бились. Камни размалывались в порошок. Летела пыль. Наконец отвратительное живое бревно дернулось и обмякло. Дрожь раз-другой сотрясла его бока и змея наконец умерла.

— Что за чудовище! — одобрительно сказала Нили. — Хотела бы я прихватить с собой его голову. Вал открыла глаза.

— Идем дальше, — сказала она, даже не посмотрев на змею.

Бесшумно, непрерывно оглядываясь вокруг продвигались они вперед через валуны, гравий и сланец, пока не достигли ложа маленького ручья.

— Здесь, — просто сказала Вал.

Все встали рядом, обхватили друг друга руками, держа оружие наготове и Вал велела приготовиться к перемещению. Без суеты, лишь слегка содрогнувшись, они перешли в иной мир.

Крошечный, едва сочащийся ручеек пещеры мгновенно превратился в широкую реку, быстро несущую вперед коричневые воды. По всей длине течения крутились и вертелись в водоворотах бревна и мусор. Люди стояли на осыпающемся берегу, под опутанными лианами деревьями, которые клонились, грозя рухнуть в поток. Землю размывало и уносило целыми кусищами. Одно из деревьев у них на глазах накренилось и упало со всплеском, подняв облако брызг.