|
Труро. Джудит увидела городок, скучившийся вокруг высоченной башни собора, и вспомнила, как они с мистером Бейнсом ездили сюда покупать граммофон и как он угостил ее обедом в «Красном Льве». Пришел на память и Джереми, ожили воспоминания об их первой встрече, о том, как он собрал свои вещи, попрощался и сошел в Труро, а она подумала тогда, что никогда больше его не увидит и никогда не узнает его имени.
И наконец, долина Хейл и синий залив; а вдалеке Пенмаррон и фронтон Ривервыо, отчетливо различаемые сквозь молодую апрельскую зелень деревьев. На узловой станции Джудит сняла с полки свой чемодан и встала в коридоре, не желая пропустить, когда в поле зрения покажется зализ Маунт и открытое море за ним. Пляжи, мимо которых с грохотом проносился поезд, были опутаны заграждениями из колючей проволоки, имелись здесь и бетонные огневые позиции, укомлектованные солдатами, и противотанковые ловушки — все было готово для отражения атаки с моря. Но залив, вопреки всему, искрился на солнце как ни в чем не бывало, а воздух был напоен резким запахом выброшенных на берег водорослей и звенел от пронзительных криков чаек. Афина уже ждала ее, стоя на перроне, еще издали можно было узнать ее по развевающимся на ветру белокурым волосам. Ее беременность бросалась в глаза, так как она не предпринимала никаких жеманных попыток скрыть свое положение с помощью мешковатых платьев: на ней были мятые вельветовые брюки с пузырями на коленках и мужская рубашка навыпуск с засученными рукавами. — Джудит! Они сошлись посредине платформы, Джудит поставила чемодан, и они обнялись. Несмотря на необычно простой наряд, от Афины, как всегда, восхитительно пахло какими-то дорогими духами. —Боже, какое счастье тебя видеть! Ты похудела, А я потолстела. — Она похлопала себя по животу. — Разве не чудо? Становится больше с каждым днем. — Когда роды? — В июле. Жду-не дождусь. Это весь твой багаж? — А ты ожидала увидеть саквояжи и картонки со шляпами? — Машина у вокзала. Пойдем, поехали домой. Машина оказалась для Джудит сюрпризом. Это был не массивный, величественный автомобиль, к каким она привыкла в Нанчерроу, а маленький и далеко не новый фургончик, на котором сбоку было написано большими буквами «X. УИЛЬЯМС, ТОРГОВЛЯ РЫБОЙ». — У вас кто-то занялся рыбной торговлей? — изумилась Джудит. — Не правда ли, это нечто? Папчик купил фургон, чтобы экономить горючее. Ты не представляешь, сколько человек можно сюда запихнуть. Он у нас всего только неделю. Надпись мы еще не успели закрасить. Я думаю, и не надо. По-моему, так будет чертовски эффектно. Мама тоже так считает. Джудит погрузила свой чемодан в пропахшие рыбой внутренности фургона, и они тронулись. Двигатель пару раз грохнул обратной вспышкой, и машина рванула вперед, едва не задев портовую стену. — Так хорошо, что ты приехала. Мы все ужасно боялись, что в последний момент ты передумаешь и откажешься. Как твоя тетя? Держится? Бедный Нед. Надо же такому случиться. Мы все очень переживали, — Она в порядке. Пo-моему, приходит в норму. Но зима была тяжелая. — Не сомневаюсь. Чем ты занималась? — Училась стенографировать и печатать на машинке. Теперь уже ничто не мешает мне поступить на службу в вооруженные силы или подыскать какую-нибудь работу — Когда ты думаешь это осуществить? — Не знаю. Как-нибудь. — И Джудит переменила тему. — Что слышно от Джереми Уэллса? — Почему ты о нем спрашиваешь? — Я подумала о нем в поезде. Когда проезжала Труро. — Отец его заглядывал к нам на днях — Камилла Пирсон упала с качелей и расшибла себе голову до крови. |
