Но Талэм не соглашался.

— Тогда ты останешься здесь против своей воли! — закричал калиф. — Быть может, ты похитил волшебный цветок и, когда уйдешь, твой родник исчезнет. Я прикажу приковать тебя к столбу около источника.

И он исполнил свою угрозу. Прикованный золотыми цепями, облаченный в драгоценные одежды, стоял у мраморного столба Талэм и с тоской думал о том, что новый день навсегда лишит его надежды увидеть Тэрэлим еще раз.

На рассвете следующего утра какая-то хрупкая девушка, закутанная с головой, пробралась к нему и, подкупив стражников, освободила…

Тонконогий жеребец из конюшни самого калифа ждал его. Талэм пришпорил его и помчался прочь из города. Кто была его освободительница? Сама ли джинна, дочь ли калифа — он не знал. Лишь одно заботило его — он должен быть в пути!

Еще два цветка оставались у него, и они были залогом встречи с джинной.

Но второй свой цветок отдал Талэм Ибн-Салама, наткнувшись на заблудившийся караван. Люди были уже три дня без глотка воды и шли, вдохновляемые лишь миражами. Перед ними маячило озеро со стаей розовых фламинго. Наткнувшись на Талэма, они удивленно стали спрашивать его, зачем он уходит от озера. Затем стали просить его принести воды из него, так как им уже не дойти. Они видели пальмы, цветущий миндаль, ощущали запах роз. И Талэм не выдержал и отдал им свой второй цветок, хотя это был последний залог встречи с джинной: третий цветок должен был быть посажен на его могиле.

Как по волшебству, второй цветок превратил мираж в явь. На месте родника расплеснулось озеро, и стая фламинго опустилась к нему.

Напившись из озера, купцы зкричали:

— Негодяй! Ты не хотел принести нам воды, хотя до озера было два шага. Мы умирали от жажды, а ты смеялся над нами и убеждал нас, что озеро нам только привиделось. Готовься к смерти! Ты оскорбил послов великого султана.

Если бы Талэм мог показать им свой третий цветок, может, его пощадили бы, но он не сделал этого, боясь, что у него отберут его сокровище. Его избили и, отвезя подальше в пустыню, бросили связанным среди дюн. Задул самум, и песчаные волны стали засыпать Талэма. И когда он готов был умереть, белый караван явился ему снова и джинна вновь наполнила надеждой его отчаявшуюся и измученную душу.

— Я не могу дать тебе новых цветов, любимый, — сказала она, прощаясь с Талэмом. — Береги мой последний цветок!

Но и с ним расстался Талэм Ибн-Салама. Как-то разбойники-туареги, спасаясь от преследования могущественного визиря, наткнулись на него. Погоня шла по пятам. Предводитель разбойников подъехал к Талэму:

— Благочестивый путник, вряд ли ты сильно дорожишь своей жизнью. Спаси меня и моего сына, и я клянусь, что начну новую жизнь.

С удивлением Талэм увидел, что разбойник — женщина. В руках ее был спеленутый ребенок.

— Что случилось с твоим сыном? — спросил он, видя тревогу женщины.

— Его отец, мой муж, был оклеветан врагами и вынужден бежать от двора и стать разбойником. Он погиб, и я заняла его место. Теперь расплата должна пасть на меня и на этого невинного ребенка. Если я погибну, погибнет и он.

— Хорошо, — сказал он, — я поскачу вместо тебя.

Талэм стал во главе туарегов, и погоня последовала за ними, не обратив внимания на женщину с ребенком. К вечеру воины визиря их настигли. Все спутники Талэма полегли в схватке, а сам он был закован в цепи и брошен в тюрьму. Среди глубокой ночи загремел замок и в камеру вошел визирь:

— Я сведущ во многих знаниях, и звезды открыли мне истину. Ты не предводитель разбойников, хотя выдавал себя за него. Однако я не могу отпустить тебя, не вызвав гнева султана, моего повелителя, и потому тебя должны казнить! Может быть, ты хочешь рассказать о себе?

Талэм чистосердечно поведал ему всю свою историю.