— Назовите свои имена, уважаемые господа, — вежливо произнес он. — Какие дела привели вас к нам?

— Я Танис Полуэльф, — едва сдерживаясь, сказал Танис, стараясь успокоиться, — а со мной Карамон Маджере...

— Танис Полуэльф и знаменитый Карамон Маджере?! — удивленно воскликнул молодой стражник.— Какая честь для меня встретить вас! — Затем он повернул голову и тихо приказал помощнику: — Прибыл Танис Полуэльф, немедленно беги и доложи сиру Вильгельму. Вероятно, именно он командовал сторожевым отрядом у ворот.

— Нет никакой необходимости в шумихе, — торопливо добавил Полуэльф. — Мы с друзьями прибыли как паломники в Палаты Паладайна, чтобы выразить свое глубокое уважение...

— Конечно, милорд, — уважительно поклонился рыцарь, рассматривая малинового от ярости Карамона, который, казалось, собирался единолично взять крепость штурмом, затем перевел глаза на Стила.

Танис замер, уже слыша крик ярости и звенящий рев сигнальной трубы, собирающих воинов на бой. Их сбивают с ног, мечи блестят все ближе...

— Рад видеть и своего собрата, Рыцаря Короны, — говорил между тем страж, прикасаясь к гербу на своем панцире, говорящему о его принадлежности к одному из низших Орденов Соламнийских Рыцарей.

Он беседовал со Стилом!

Страж отдал паладину честь, прикоснувшись перчаткой к шлему, — как равный равному.

— Меня зовут сир Реджинальд, мне кажется, я уже видел тебя, сир рыцарь. Где ты обучался?

Танис, глупо хлопая глазами, смотрел на него — неужели в братство воинов стали брать плохо видящих? Он ясно различал мерцающие на броне юноши символы Темной Королевы: лилию, секиру и череп. А соламниец улыбался Стилу как старому боевом приятелю. «Может, парень набросил на стража заклинание, но как такое возможно?» — подумал Полуэльф.

Но нет, Стил был также ошарашен ситуацией. Рядом, отвалив челюсть, замер Карамон — в его рту мог спокойно высиживать птенцов воробей.

— Так где ты обучался? — переспросил сир Реджинальд.

— В К-кендерморе, — ляпнул Танис за Стила первое попавшееся название.

— О, не повезло, служба там не сахар, — сочувствующе покивал юный рыцарь. — А я был в Устричном — такое тихое местечко. Это твой первый визит в Башню? Кстати, у меня есть идея: как только закончишь паломничество к Палатам Паладайна, испроси разрешения отлучиться ко мне. Дежурства осталось всего на полчаса — покажу тебе окрестности, укрепления...

— Не думаю, что это хорошая идея, — выдохнул Танис, чувствуя, как промок под броней насквозь. — Потом мы срочно направляемся в Палантас, к женам. Ведь наши женушки уже все глаза проглядели, верно, Карамон?

Силач, захлопнув рот, пробурчал нечто несвязное о Тике,

— Может, в другой раз, — развел руками Полуэльф, украдкой поглядывая на Стила и молясь, чтобы тот не рассмеялся.

Но юноша стоял неподвижно, бледный, с широко распахнутыми глазами, еле переводя дух.

«Вот как бывает, когда противопоставляешь себя Богу», — подумал Танис.

Вскоре явился и сир Вильгельм, оказавшийся напыщенным рыцарем старой закваски, из тех, кто «смотрит на мир с высоты седла» и позволяет Кодексу и Мере думать за себя. Такой тип людей Стурм Светлый Меч не переносил, но лучшие годы старого вояки остались позади, и теперь лишь милость Богов даровала ему жизнь. Но, естественно, Вильгельм собрался лично провести гостей к Палатам.

— Мы благодарны, сударь, — вежливо отказывался Танис, — но это паломничество очень важно для нас, потому мы бы предпочли...

— Невозможно! Кхе-кхе.