Изменить размер шрифта - +

– Л о р д Валентин.

– Значит, теперь будет так, Милорд?

– Не всегда. Когда мы будем вдвоем – нет.

Они поднялись на верхнюю ступеньку. Их ожидало двойное сидение, сияющее зеленым и золотым бархатом. Лорд Валентин постоял, вглядываясь в толпу.

– Где Делиамбер? – шепотом спросил он. – Я его не вижу.

– Его не привлекают эти дела, – сказала Карабелла, – и он, наверное, уехал на время праздника. Колдуны скучают на фестивалях. А жонглирование его никогда не интересовало, ты сам знаешь.

– Ему полагалось бы находиться здесь.

– Когда он тебе понадобится, он вернется.

– Надеюсь. Ну, давай сядем.

Они заняли свои места на троне. Внизу жонглеры показывали свои лучшие штуки, казавшиеся чудом даже Лорду Валентину, хотя он и знал их тайную подоплеку. Глядя на них, он чувствовал странную печаль, потому что теперь сам отстранился от труппы жонглеров, отошел, чтобы подняться на трон. И это было серьезным изменением в его жизни. Он понимал, что жизнь бродячего актера, свободная и радостная, кончена для него, что на него снова навалилась всей тяжестью ответственность власти, которой он не желал, но от которой не мог отказаться. И это его огорчало. Он сказал Карабелле:

– Как‑нибудь, когда двор будет глядеть в другую сторону, мы потихоньку соберемся все и покидаем дубинки. Как, Карабелла?

– Наверное, да, Милорд. Я хотела бы этого.

– И вообразим, что мы где‑нибудь между Фалкинкипом и Долорном, и гадаем пригласят ли нас в Постоянный Цирк, найдем ли мы гостиницу и…

– Милорд, ты только взгляни, что делают скандары! Просто глазам не веришь. Так много рук, и все в работе!

Лорд Валентин улыбнулся.

– Я попрошу Залзана Кавола объяснить мне, как это делается. В ближайшие дни. Когда у меня будет время.

Быстрый переход