— Давай я схожу, — предложил Гарри.

Барбара поднялась:

— Нет, оставайся с Софией. Я видела неподалеку телефонную будку, пока мы ехали. Пойду туда.

— Не стоит вам ходить одной, — сказала София.

— Я бывала в местах и пострашнее. Прошу, не переживайте за меня. — Она говорила отрывисто, по-деловому, с явным желанием быть полезной. — Я скоро вернусь.

Не успели они возразить, как Барбара вышла, по лестнице застучали ее шаги.

София взяла Пако за руку, снова усадила рядом с собой и Гарри на кровать.

— В последнее время она чувствовала себя очень усталой, — прошептала София, глядя на спокойное лицо умершей. — Сегодня вечером, после обеда, она вдруг вскрикнула — такой ужасный звук, будто стон. Я подошла к ней, она была без сознания. А потом, когда я вернулась, позвонив тебе, застала ее уже мертвой. Бедного Пако я оставила с ней одного. — Она поцеловала мальчика в макушку. — Нельзя было так делать. Нужно было сидеть здесь, — корила себя София.

— Ты сделала все, что могла.

София проговорила бесцветным голосом:

— Так лучше. Иногда она мочилась в постель. Это ужасно ее расстраивало, она плакала. — София покачала головой. — Знал бы ты маму раньше, до болезни, она была такая сильная, заботилась обо всех нас. Папа не хотел, чтобы я училась в университете, а мама всегда меня поддерживала.

София посмотрела на фотографию, где ее мать стояла в подвенечном платье между мужем и братом-священником; все они улыбались в камеру.

— Бедняжка. — Гарри крепко обнял возлюбленную. — Не знаю, как ты все это вынесла.

Она прильнула к нему. Через некоторое время на лестнице послышались шаги.

— Вот и Барбара, — сказал Гарри. — Она все уладит.

София вскинула на него взгляд:

— Ты хорошо ее знаешь?

— И очень давно. — Он поцеловал любимую в лоб. — Но только как подругу.

Вошла Барбара с раскрасневшимся от холода лицом:

— Я дозвонилась в больницу. Сюда пришлют машину, но придется подождать. — Она достала из-за пазухи бумажный пакет. — Забежала на bodega, взяла немного бренди. Подумала, нам не помешает.

— О, молодец, — сказал Гарри.

София принесла стаканы, и Барбара плеснула всем по доброй порции алкоголя.

Пако стало любопытно, и он попросил тоже попробовать, ему дали немного, смешав с водой. Мальчик скривился и сказал:

— Фу! ¡Es horroroso!

В разрядившейся обстановке они все рассмеялись, слегка истерично.

— Это кощунство — смеяться в такой момент, — виновато проговорила София.

— Иногда иначе нельзя, — сказала Барбара.

Она обвела взглядом комнату — стены в пятнах сырости, поломанная мебель — и смущенно опустила глаза, заметив, что София наблюдает за ней.

— Вы медсестра, сеньора? И работаете здесь? — спросила она.

— Сейчас нет. Я… замужем за британским бизнесменом. Он учился в школе вместе с Гарри.

— Барбара была волонтером в одном из церковных приютов, — сказал Гарри, — но не смогла его выносить.

— Да, жуткое место. — Барбара улыбнулась Софии. — Гарри говорил, вы учились в медицинской школе.

— Училась, пока не началась Гражданская война. В Англии есть женщины-врачи?

— Совсем немного.

— На моем курсе в университете было всего три девушки.