Галлиполис облокотился о стойку бара:

– Тогда зачем же вы пришли сюда, шериф?

– А вот зачем.

Хаскинс подскочил к Дженнету и сорвал с него темные очки, купленные Саймоном.

Дженнет взвыл, как побитая собака, и схватил бутылку, стоявшую на стойке бара. Неизвестно, то ли Хоппи Униатц действовал инстинктивно, выполняя свой гражданский долг, то ли так повлиял на него только что выпитый эликсир, но реакция, его была мгновенной. И какими бы мотивами он ни руководствовался, это было именно то, что сейчас требовалось. Одной рукой он схватил Дженнета за руку, другой вырвал у него бутылку. Хаскинс тотчас же надел наручники несчастному Дженнету.

– Благодарю, – сказал шериф сухо, как бы одновременно и оправдывая Хоппи за недостаточностью улик, и посвящая его. – По тебе, Лейф, скучает Олусти, где ты еще не закончил мостить дорогу. Со стороны тебя можно принять за туриста.

– Меня похитили, – жалобно захныкал Дженнет. – Почему вы не арестовали их тоже? – Он кивнул в сторону Святого и Хоппи. – Они затащили меня сюда под дулом пистолета.

– Это становится интересным, – сказал Хаскинс.

Он подошел к Саймону, стоявшему у бара, сделал знак большим пальцем, и Галлиполис достал еще бутылку. Хоппи тем временем в целях предосторожности убрал пустую бутылку. Хаскинс наполнил стакан Святого и налил немного себе.

Саймон Темплер с сожалением посмотрел на «нектар», который ему снова предстояло выпить. Теперь, когда он уже принял первую дозу, горло немного остыло, но зато в желудке, казалось, находился расплавленный свинец. Кроме того, ему была нужна четкая работа мысли. Если придется отвечать на множество вопросов, он должен отвечать последовательно. И какой бы невероятной ни могла показаться идея, он просто не мог выстроить более прямой, более очевидной, более правдоподобной и более обезоруживающей версии, чем строгая и неопровержимая правда – как бы там ни было. Это было странное заключение, но он знал, что всякие увертки только осложнят дело; они могли бы сыграть положительную роль, если бы служили какой-нибудь цели, а такой цели в данный момент он не видел. Так что пока ему оставалось только наблюдать за тем, как шериф глотал сероводородный гидрохлорид, почти не двигая подбородком.

– Боже милостивый, – воскликнул Хаскинс, с изумлением уставившись на свой стакан. – Как будто пробрался сквозь нутро пантеры. Вы что, все сюда собрались, чтобы попробовать этой скорпионовой гадости? Отвечай мне, сынок.

– Я рад, что кто-то еще думает так же, как я, – с облегчением ответил Святой. – Я сюда пришел, шериф, чтобы найти одного человека.

Хаскинс отыскал место между курткой и брюками и почесал живот под ремнем, на котором висел пистолет.

– Я почувствовал бы себя лучше, сынок, если бы ты рассказал мне еще что-нибудь.

– Мне скрывать особенно нечего. – Саймон убедился в том, что выбрал правильную тактику. – Спустя всего несколько минут после вашего ухода в меня выстрелил Дженнет. Из-за кустов. Если хотите удостовериться, мы можем сейчас отправиться туда, и вы увидите следы от пули в стене дома Джилбека.

Шериф сдвинул фуражку на затылок, взял прядь волос и накрутил ее на палец. Затем сказал:

– Ну, дальше!

– Мой друг Хоппи Униатц – он здесь, видите, пьет из бутылки – схватил Дженнета. Мы отобрали у него ружье, – на стволе непременно имеются отпечатки пальцев, так как он был без перчаток. Вы можете получить и ружье, если захотите убедиться в том, что пуля действительно застряла в стене.