Саймон Темплер с удовольствием выпил вина, которое все-таки не до конца устранило привкус во рту, оставшийся после употребления на барке странного напитка. Он рассказал Питеру и Патриции о бесполезности предпринятой им поездки. Он принял душ и освежился, надел свежую рубашку, легкие брюки и уже завязывал галстук, когда Дездемона постучала в дверь и весьма недоброжелательно сообщила:

– К вам леди.

– Кто такая? – спросил он по привычке, но сердце у него забилось как у школьника.

– Та же, что приходила сегодня утром.

Надевая белый морской китель, он слушал, как негритянка горделиво удалялась, шлепая своими туфлями без каблуков.

Карина Лейс находилась уже во дворике, и ее красота поразила Саймона с новой силой. На ней было сверкающее белизной дорогое платье с широкой юбкой, подчеркивавшее достоинства ее фигуры. Освещавшие дворик фонари придавали ее волосам цвет золотистого заката солнца. Она была одета во все белое, только тонкий шифоновый платочек, заткнутый за узкий пояс, выделялся своим салатовым цветом.

– Итак, вы пришли, – сказал Святой.

– Вы же меня пригласили.

Ее губы были такими свежими, когда она улыбнулась ему, что он едва удержался, чтобы снова не впиться в них, как утром, хотя теперь для этого не было повода.

– Я не мог предположить, что я такой неотразимый, – сказал он.

– Я думала об этом целый день и решила прийти... Да и Рэнди совсем сошел с ума.

– А это имеет значение?

– Он не купил меня – пока.

– Но вы ему все рассказали.

– А почему бы и нет? Я свободная белая женщина, мне двадцать пять лет. Тем не менее мне пришлось открыться. Я ведь просила Хаскинса не рассказывать об утренней встрече здесь, но потом поняла, что не могу доверять шерифу. Предположим, он затеет какую-нибудь игру втайне от меня и расскажет обо всем Рэнди, а меня станет шантажировать, вытягивая нужную ему информацию. И если я не расскажу ему обо всем первой, может случиться непоправимое.

Он все еще сжимал ее руки в своих и, когда спохватился, явно почувствовал смущение. Однако она не делала попытки высвободить их. Просто для нее это не имело никакого значения, или, наоборот, имело, и очень большое. Он отпустил наконец ее руки и подошел к столику, на котором стояли напитки, предусмотрительно заказанные им раньше, чем он начал одеваться к обеду.

– Вы уверены, что на этом все кончилось? – спросил он, уверенным движением смешивая коктейли.

– Конечно. Я очень удивилась, узнав, что вы отправились в это путешествие после ленча.

– Как видите, я вернулся живым.

– Вы нашли барку и таинственного мистера Роджерса?

– Барку – да, а мистера Роджерса – нет. Его там не было. Я собираюсь встретиться с ним сегодня вечером. – Саймон подал ей бокал. – С вашей стороны очень любезно интересоваться моими делами. Хотя и жаль, что мне придется проводить вас домой очень рано.

– Почему же? – возразила Карина. – Я уже давно вышла из-под опеки священника. Я даже получила бы удовольствие, если бы поехала с вами в «Палмлиф фэн».

Святой обладал такими железными нервами и такой выдержкой, которые присущи разве что героям романов и кинофильмов. Поэтому было бы правильно сказать, что у него задрожали ноги. Следует открыть читателю, что о подобном повороте событий он мог только мечтать. Поэтому он взял свой бокал и осторожно опустился на ближайший стул.

– Давайте поговорим откровенно, – сказал он.