Рой впервые взглянул на Ребекку с интересом.

Он оценил ее обращение как признание его стрелкового мастерства, которым он уже славился в школе, и это ему страшно польстило.

Потом они два раза вместе побывали в тире, где Ребекка показала сносное умение целиться и поражать мишени. Рою это понравилось. Затем Ребекка пригласила Роя в загородное семейное имение. "Там есть старинное ружье", сказала она заговорщицким тоном.

Подобному соблазну юный стрелок противостоять был не в состоянии. Это то же самое, как если бы предложить филателисту прийти куда-то и посмотреть "Голубой Маврикий" - знаменитую марку, сводящую с ума коллекционеров и стоящую уйму денег.

Они ехали за город на машине, принадлежавшей Ребекке. Ее вел Рой, а девушка сидела рядом. С наивностью деревенской простушки она то и дело задавала ему странные вопросы:

- Мне говорят, что у меня некрасивые колени. Как ты думаешь, это верно?

Ребекка приподняла юбочку повыше, открыв полные белые ноги.

- Да нет, ты что! - Рой отвечал спокойно, не подозревая никакого подвоха.

- А так?

Ребекка сдвинула подол чуть повыше.

Рой еще не завелся, но неведомый ему стартер запуска определенных чувств уже начал работу.

Только значительно позже Рой понял, что завести мужика нетрудно: достаточно ему пощекотать мошонку. Но тогда он попросту не понимал, что происходит, и ко всему относился без задних мыслей.

Погода в тот день стояла чудесная. Чистое голубое небо, свежий воздух, не очень жаркое, но очень доброе солнце. Все располагало к покою и неге.

На велосипедах Рой и Ребекка уехали на реку. НаЧэагажник Рою юная хозяйка поставила плетенную из ивовых прутьев корзину с провизией. Они выбрали прекрасное место на берегу, где можно было и загорать и купаться.

Ребекка оказалась аккуратисткой. Она постелила на траву клетчатый шотландский плед.

На него бросила белую льняную салфетку. И уже затем выложила снедь вареные яйца, белые булочки, поставила баночку сардин, большой термос.

Потом они сбегали к реке и умылись: для купанья вода показалась еще слишком холодной. Вернулись к столу и принялись за еду.

Они сидели рядом, но у Роя даже мысли не возникало, что можно каким-то образом проявить интерес к Ребекке. Они были школьными товарищами, то есть существами почти однополыми. И если Рой из этого ряда исключал Кэтрин, то Ребекка под его определение подпадала на все сто процентов.

Увы, сама Ребекка была совсем иного мнения о возможностях их отношений.

Неожиданно она отставила чашечку, из которой пила кофе, и легла, положив голову на колени Роя. Тот опустил взгляд и увидел ее глаза темные с широко распахнутыми зрачками, в которых отражались голубое небо и он сам.

Ребекка взяла Роя за руку, потянула и провела его ладонь себе под блузку. Под ней ничего не оказалось. Впрочем, не так. Под легкой тканью находилось тело - нежное, теплое, возбуждающее.

Ребекка подтолкнула руку Роя, и та коснулась ее груди - небольшой, упругой, формой походившей на плюшку, какие продают в кондитерской на Регент-стрит.

Есть вещи, которые не проходят без последствий.

Встань под душ - ты намокнешь, даже если тебе охота остаться сухим.

Сунь палец в пламя зажигалки - оно обожжет, хотя этого тебе совсем не хочется.

Прикосновение к женскому телу, даже если оно случайное, пробуждает сокровенные мужские начала, есть ли на то его воля или ее не имеется.

Именно это начало мгновенно дало Рою знать о себе. Нечто сладко-медовое заполнило ртутной тяжестью низ его живота, вспухло упругостью плоти.

Щека Ребекки, лежавшая на его ногах, тут же ощутила происшедшие перемены.

- Какой ты!

Она произнесла это напряженным голосом и тяжело вздохнула. Сама быстрыми пальцами расстегнула блузку. Потом обеими руками охватила голову Роя, пригнула к себе и коснулась его губ своими.