— Миссис Янг, заверяю вас, что моя жена и я — мы оба уже считаем себя вашими друзьями.

У Страттонов не было причин делать подобное заявление… Только разве не так предназначено Человеку относиться к ближнему своему? Я слишком устала, чтобы сохранять скептицизм, была слишком изранена, чтобы долее защищаться, и слишком много потеряла — во всех смыслах этого слова, — чтобы оставалось что терять.

— Не знаю, с чего начать, — проговорила я. — (Преподобный и миссис Страттон не произнесли ни слова. Они не собирались допытываться, лезть в душу, они даже не притворялись, как это делают некоторые, что удовлетворятся моим молчанием, когда на самом деле их интересовала каждая мелочь.) — Я не очень даже знаю, что произошло.

— Все в свое время, — заметила миссис Страттон.

Вот так я начала рассказывать свою историю. Впервые, даже для самой себя, я собрала все вместе по кусочкам. День проскользнул в вечер. Вазочка с печеньем сменилась блюдом с мясом и ветчиной. Стемнело, а я все продолжала говорить. Миссис Страттон внесла из прихожей астральную лампу. Ее желтоватое сияние создавало небольшой кружок света, вмещавший только нас троих. Я продолжала говорить, пока не закончила свой рассказ.

ДЕВЯТНАДЦАТАЯ ЖЕНА

Глава двадцатая

Битва за Плиту

Приободренная моими новыми друзьями, в какой-то июньский день 1873 года я отправилась повидаться с Бригамом. Мне пришлось ждать в очереди перед Домом-Ульем вместе с другими любопытствующими посетителями, мужчинами, ведущими дела с Церковью, и сотнями паломников. Я подумала, что могла бы пробежать вдоль всей очереди взад и вперед, открывая верующим правду о моем муже. Что подумали бы эти паломники, если бы узнали, как живут жены Бригама за этими вот стенами, к которым они сейчас прислоняются? Станут ли они по-прежнему стремиться прикоснуться к краю его пиджака или унести с собой как реликвию листок бумаги из его мусорной корзины, если воспримут правду о нем?

Однако мне нужно было обсудить с Бригамом гораздо более практический вопрос. Мне была нужна новая плита.

— Новая — что?

— Плита.

— А что не так со старой?

— Она прекрасно подходит для одного-двух человек, но я сейчас устроила у себя пансион. Мне приходится готовить для вдвое большего числа людей, чем то, на которое рассчитана эта кухня, и мне нужна новая плита. Эти люди платят мне три доллара в неделю за комнату и питание, и что я могу им сказать, если ужин не готов вовремя?

— Меня не интересует, что ты можешь им сказать, но тебе я могу сказать, что у меня нет денег на новую плиту. Ты хоть имеешь представление, сколько они стоят?!

— Имею. Я уже выбрала одну. Ее могут доставить через четыре недели.

Наше препирательство продолжалось еще некоторое время, когда Бригам наконец сказал:

— Ну хорошо. Я об этом подумаю.

— Нет, ты об этом не подумаешь. Ты дашь мне чек сейчас, чтобы я могла сделать заказ.

— Мадам, вы не являетесь казначеем нашего семейства.

— Сэр, я являюсь вашей женой, и вы должны обеспечивать мои самые необходимые нужды.

Бригам открыл бухгалтерскую книгу и нацарапал чек, всячески демонстрируя свое раздражение.

— А я-то всегда полагал, что ты лучше всех сможешь понять, что значит быть моей женой.

Я покидала Дом-Улей в последний раз. На крыльце один из помощников Бригама объявил ожидавшим в очереди паломникам:

— Президент сегодня не будет больше принимать посетителей.