Он сделал глоток ароматного кофе — жена распорядилась очень кстати! — запил холодной водой, посмаковал и закурил новую папиросу.

Александра Фёдоровна принялась за вышивание.

— Вот именно что получается, — сказала она. — Так и должно быть. Посуди сам, Ники: немцы педантичные и воинственные, поэтому воюют. Англичане изобретают игры, которые лучше всего подходят их национальному характеру, поэтому выигрывают. Скажи мне: кто-нибудь в мире, кроме русских, играет в лапту?

— Американцы, — после секундного размышления ответил император.

— Американцы играют в бейсбол, — возразила ему жена. — Похоже, конечно, но всё же не лапта. Хорошо, пусть не бейсбол. В городки твои любимые уж точно нигде не играют.

— И очень зря. Тут бы мы их всех… А помнишь, как провожали «Бирму»?

Погода над Финским заливом стояла лейб-гвардии петергофская, как называл её Николай Первый: яркое солнце и редкий для здешнего побережья полный штиль. В Петергофе вся семья императора погрузилась на катер, который в символическом благословении обошёл кругом отплывающего парохода с российскими олимпийцами. Это было красиво и торжественно…

— Помню, — улыбнулась императрица. — А ты помнишь, что учудил Воейков?

Командир гвардейского гусарского полка генерал Воейков получил назначение официальным представителем России на Пятой Олимпиаде и тут же принялся активно действовать. Для начала он отправил «Бирму» часом раньше, причём решение принял в последний момент, не предупредив о том добрую половину пассажиров. Некоторым, что прибыли на причал загодя, повезло и они успели взойти на борт. Остальные, среди которых оказался и председатель Олимпийского комитета — действительный статский советник Срезневский, — увидали с берега удаляющийся пароход.

Пожилого Срезневского едва не хватил удар. Наконец, безвинно опоздавшие погрузились на быстроходный буксир и догоняли «Бирму» уже далеко в заливе. Права была императрица Александра Фёдоровна: всё получалось очень по-русски!

По-русски, эдаким барином, повёл себя Воейков и дальше. Не пожелав путешествовать вместе со всей делегацией, он отправился вслед за пароходом на императорской яхте «Стрела». Балтика встретила суда туманом, в котором они скоро потеряли друг друга, так что снова официальный представитель России объявился перед спутниками уже только в Стокгольме.

Тут оказалось, что многим олимпийцам не успели оформить заграничные паспорта. Потом выяснилось, что «Бирма» ошвартована вдалеке от спортивных баз, и к месту тренировок надо долго добираться. Многие выступления становились неожиданностью для спортсменов, которые не знали: где, в какой день и час им выступать… И всё это тоже было вполне по-русски.

— Но футболисты-то наши каковы, а?! — Император в сердцах хлопнул себя по колену. — Продули всем, кому смогли! Финнам, норвежцам… Про германцев я вообще молчу.

— Ники, успокойся, иначе у тебя снова разболится голова, — строго сказала Александра Фёдоровна. — Норвежцам они проиграли, потому что не успели прийти в себя после немцев. И поле там было — сплошной морской гравий…

— Норвежцы играли на том же поле, но выиграли.

— Вы с матушкой можете радоваться, что Дания попала в финал!

Александра Фёдоровна не удержалась и съязвила: у неё не ладились отношения со свекровью, вдовствующей императрицей Марией Фёдоровной — бывшей датской принцессой Дагмар.

Датчане действительно дошли до финала, но в решающей схватке проиграли родоначальникам футбола — сборной Англии — со счётом 2:4.

— Надеюсь, ты поздравила кузена Джорджи и всех своих, — колкостью на колкость ответил Николай Александрович.