Книги→ Фантастика → Ал Коруд → 1991 →страница 2

Изменить размер шрифта - +
Людей здесь ходит немного, а интересующий разведчиков телецентр не так далеко.

— Тебя где носит?

— И тебе спасибо! — Ласицкас протянул каждому по бумажному свертку, откуда вкусно пахло сдобой, и пристроил на столике термос. — Можно ругать Горбачева за многое, но частное кафе — это, скажу вам, здорово. Потому что ночью только на вокзале можно добыть кофе. Но без пирожков. И там такая симпатичная мяргина работает.

Гинтарас улыбнулся как кот, слопавший миску сметаны. Карташов лишь покачал головой. Отчаянный как был, так и остался.

— Не засветился?

— Обижаешь, начальника.

Гинтарас налил кофе в небольшую металлическую кружку, и по тесному салону потек нежнейший аромат. Очкарик обернулся и гневно потребовал:

— Ну ты и сволочь! Мне налей! Кстати, переведи, что там гутарят твои сродственники.

 

Ласицкас некоторое время слушал милицейскую волну, затем нахмурился:

— Что-то гады готовят. Прибывают добровольцы, вооруженные арматурой, палками. Видели людей с охотничьими ружьями.

— И что?

— Команда не влезать. Стоять на месте.

— Суки. Это же их работа! Не нравится мне все это, — капитан стукнул кулаком по ладони. — Неужели мы не остановим волну распада?

Его сослуживцы ничего не ответили на этот набивший оскомину вопрос. Какие тут могут быть слова? Затем Сергей взял в руки микрофон и начал «обзванивать» посты. Связь была армейской, чужие ее прослушать не могли. Последняя разработка закрытого НИИ, которую их группа тут же прибрала к себе. К сожалению, прятаться им приходилось не столько от чужих, сколько от «своих».

 

Через несколько минут он сообщил:

— Все на местах, ведут наблюдение. Отряды добровольцев охраны края встали против десантников, толкают вперед гражданских. Замечены «соседи», но пока не высовываются.

Ласицкас снял один наушник и поинтересовался:

— Сергей, а с чего они так себя ведут?

Капитан некоторое время подумал, но решил ответить. Раз этого литовца взяли в их группу, значит, ему можно доверять. Да и общее афганское прошлое их здорово сближало. Разве что Гинтарас служил в спецназе и умел много того, чему в обычной армии не учили. А их группе требовались мастера на все руки. Прослушку установить, наблюдение провести, засаду устроить, в морду красиво дать. Так и дед у литовца легендарная личность. Один из тех, кто устанавливал здесь советскую власть, а потом добивал «лесных братьев».

— Сдается мне, что заодно они с Ландсбергисом и Буткявичюсом.

— Охренеть, не встать! Куда же смотрят…

У Карташова не было ответа, и потому он зло бросил:

— Куда и всегда. Наше дело телячье, обоссался и стой!

 

 

Лидер «Саюдиса» Витаутас Ландсбергис был знаковой фигурой для перестроечной Литвы, в которой сплелись все те нити и оттенки, что придали эпохе элемент абсурда. Аполитичный музыковед Витаутас Ландсбергис, абсолютно неизвестный в Литве, в июне 1988 года внезапно стал членом инициативной группы литовского Движения за перестройку, названной «Саюдисом», а затем и его лидером. Попал он туда по настоянию куратора из КГБ, как «проверенный советский интеллигент». Он должен был информировать Комитет обо всех «отклонениях» в курсе инициативной группы.

Что интересно, в Литве название «Саюдис» было запрещено с момента восстановления советской власти в 1944 году. Ведь так именовал себя антисоветский и пронацистский Фронт литовских активистов, созданный в Берлине в июле 1940 года. Именно этот «Саюдис» организовал в июне 1941 года антисоветское восстание в Литве. И вдруг уже летом 1988 движение за горбачевскую перестройку стало носить это название? В 5-м управлении КГБ Литовской ССР по указанию из Москвы был создан 4 отдел по курированию «Саюдиса» под руководством Пятраса Вожбутаса.

Быстрый переход