Но девочка уже смотрела марки. С жадностью раскрыв первый кляссер, она воскликнула «Ах» и принялась быстро переворачивать толстые страницы, не в силах больше ни слова произнести.

Это были те самые марки, которые столько лет разыскивал дедушка! Потерянная коллекция! Сколько раз видела их девочка в каталогах! Вот первая Польша и разделы. В кляссере марки вставлены были неаккуратно, просто небрежно воткнуты как попало, не в хронологическом порядке и не по тематическим группам. Старые и современные вперемешку, между ними попадались даже и иностранные, которым здесь вовсе не место, потом шли серии перепечаток, некоторые представляли неинтересную массовку, некоторые просто не имели цены! У Яночки голова пошла крутом, сердце взволнованно билось.

— Я уверена — то самое, — с трудом произнесла Яночка, — но надо бы показать это дедушке. Только он разбирается в этом как специалист. И все эти водяные знаки в лупу рассмотрит, и малейшие детали отметит, не только определит марку по каталогу, как, например, мы. Но боюсь, как бы дедуля не расхворался от радости. Можно ему сказать о коллекции?

— Конечно, можно! — вся сияя ответила хозяйка. — Ведь я для того и укр… и забрала эти марки! И считаю, что первым их должен увидеть ваш дедушка.

— Расскажите, пожалуйста, как же вам удалось их заполучить?

Чрезвычайно довольная собой, хотя и с некоторым смущением, хозяйка стала рассказывать:

— После разговора с вами… Вы меня вдохновили! Ну я и продумала план действий. Созвала собрание наследников. Они не очень хотели собираться, пришлось сказать — в квартире остались золотые безделушки и деньги, я вроде как только теперь о них вспомнила. Они, конечно, приехали. Не очень много народу собралось, по одному представителю от каждой из тяжующихся сторон, так это называется на языке юристов. Приехала мать крестника, зять золовки и сосед. Ну и я. А с собой захватила из дому три старых кляссера с самыми дешёвыми марками…

— Тут, на столе, четыре, — заметила девочка.

— Я же не знала, сколько у покойницы их было, на всякий случай захватила три, хорошо, не очень толстые, но все равно тяжёлые, мне и так было тяжело, и ещё я выбирала постарее, знала, что те должны быть потрёпанные. Так оно и получилось.

Но расскажу по порядку. Приехали, мы, значит, в квартиру пани Спайеровой, и я сказала конкурентам, что вспомнила — моя троюродная сестра имела обыкновение прятать деньги в книгах, я только теперь вспомнила и решила, что надо проверить. Официально проверить, собравшись всем вместе. Вот все и набросились на книги, а кляссеры стояли на особой полке. Я даже обратила внимание наследников на кляссеры и сказала, что они завещаны мне. Кляссеры их особо не заинтересовали, среди них не оказалось знатоков марок, ни одного филателиста, к моему счастью! Поэтому они отнеслись к альбомам равнодушно, небрежно полистали их в поисках денежных купюр и опять наперебой накинулись на книги. Я одна в уголочке сидела над кучей кляссеров и делала вид, что их просматриваю. А потом улучила минутку и заменила их на те, что принесла из дому. И теперь мои кляссеры стоят на полке в квартире пани Спайеровой, а её — вот они!

— Как же наследники не заметили вашей подмены? — удивлялась девочка.

— А им не до меня было! — с большим удовлетворением ответила хозяйка. — Представь себе, они и в самом деле обнаружили в некоторых книгах спрятанные денежные купюры, наши и доллары. А я и не знала, так просто сболтнула, для приманки!

Яночка не жалела похвал и восторженных слов. Так здорово придумать и так ловко осуществить задуманное!

— А что было потом? — поинтересовалась девочка.