— Сейчас я вам все расскажу, — взволнованно говорила пани Пекарская. — Знаете, это действительно одна шайка! Банда мошенников! Мне позвонил некий Фиксат…

— Файксат! — поправил Павлик.

— Не перебивай! — зашипела на него Яночка в другую трубку.

— Да, в самом деле, Файксат. И заявил, что во что бы то ни стало желает увидеться со мной в связи с марками пани Спайеровой. Я ответила ему — никаких таких марок у меня нет. Так ведь? — Так! — подтвердила Яночка. — Вы сказали правду. Я сама их от вас унесла.

— И что? — торопил Павлик. — Отцепился?

— Отцепился. Наверное, я хорошо притворилась выжившей из ума старухой. Сказал, что ещё позвонит. Но это не все. Ко мне приезжал тот самый противный адвокат!

— Очкарик! — констатировал Павлик, удивляясь, как верно с сестрой они все предвидели. — И шарил? Вынюхивал?

— А вы откуда знаете? — удивилась пани Пекарская. — Очень подходящее выражение — вынюхивал. А ваш дедушка…

— Дедушка чуть с ума не сошёл от радости и сидел над марками всю ночь. Но ещё не закончил. Сказал, как закончит, сам к вам приедет. Мы как раз звонили, чтобы вам об этом сообщить.

— Значит, там было что-то ценное? — обрадовалась пани Пекарская.

— Ещё бы! — воскликнул Павлик, но старушка перебила его:

— Расскажете, когда приедете. Но не сегодня, сегодня у нас сборище наследников, мы все собираемся в квартире покойной…

— Как это сегодня? Ведь на воскресенье назначено? — вырвалось у Яночки. Пани Пекарская подтвердила:

— Да, действительно, было намечено на воскресенье, но его перенесли на сегодня. Возможно, как раз в связи с марками. И это меня тревожит.

— Напрасно, — успокоила старушку Яночка. — Пусть это тревожит их.

— И они уже забеспокоились, — добавил Павлик.

Яночка сочла нужным пояснить:

— Мы и по этому вопросу хотели с вами поговорить. Но раз не встретимся — по телефону скажем. Они успели из марок пани Спайеровой кое-что свистнуть.

— Боже мой!

— Да, к сожалению. Дедушка вам об этом сам расскажет. А потом украли следующую часть, уже из вашего кляссера, и сообразили — что-то тут не так. Вот и начали действовать.

— На всякий случай принесите четвёртый кляссер и подбросьте его им тихонько, — вмещался Павлик.

— Конечно, конечно, я так и сделаю. Слушайте, завтра мы должны обязательно встретиться.

— Только не с самого утра, — сказал Павлик. — С утра у нас намечен пан Левандовский.

— В пять вечера подходит? — предложила Яночка. — Раньше у нас не получится, намечено много страшно важных дел, тоже связанных с марками.

— Подходит, буду ждать вас к пяти.

— А на собрании наследников вы ничего не говорите! — предостерёг пани Пекарскую Павлик. — Ничего! Сделайте вид, что очень расстроены и слова вымолвить не можете.

— А почему? — встревожилась старушка. — Что-то случилось?

Яночка поддержала брата:

— Нет, ничего не случилось, но этот Очкарик очень подозрительный парень. Он работает на одного уголовника, который как раз и заинтересовался вашими марками. Очень хорошо было бы выжать из него какую-нибудь информацию, но вряд ли это у вас получится.

— А я попробую! — отважно вскричала пани Пекарская, хотя в её голосе отчётливо прозвучал страх.