— Наверное, сначала надо определить, что он украл, — предположила Яночка.

Вздохнув, женщина покачала головой.

— Не могу я этого сделать.

— Почему же? — удивился Павлик.

— Ведь это квартира не моя, а моей покойной тёти, — грустно сказала женщина. — Тётя скончалась полтора года назад. Мне она завещала эту квартиру со всем имуществом. Больше года ушло на оформление необходимых документов, теперь квартира стала моей и я намерена её продать. Продавать со всем этим хламом нельзя, вот я постепенно и привожу её в порядок, выбрасываю ненужное старьё. И не знаю, есть ли в квартире ценные вещи. Деньги вряд ли были у тёти, а вот какое-нибудь фамильное серебро или что другое в этом духе, может, и было где спрятано, но мне о нем ничего не известно, так что я не могу выяснить, украдено что-либо из квартиры или нет.

— В таком случае и милицию вызывать незачем, ведь вы ничего не сможете им сказать: что украли, как выглядел преступник. Толку от таких показаний…

— Вот и я так думаю, — согласилась женщина.

— А как, на ваш взгляд, все ли здесь выглядит так же, как утром? — спросила Яночка. — Может, заметна какая разница?

Женщина опять грустно покачала головой.

— Сами видите, какой здесь беспорядок, но я его сама учинила. То же самое и во второй комнате, и в кухне. Вроде бы все так, как я оставила, уходя в прошлый раз. Знаете, у меня такое ощущение, что он ничего не успел сделать, в квартиру проник незадолго до моего прихода и не успел.

— Взломал дверь, а тут вы его и спугнули! — обрадовался Павлик. — Здорово получилось! Интересно, что он здесь хотел украсть?

— А почему вы наводите здесь порядок по капельке? Почему не сделать этого сразу? — спросила Яночка.

— Сил у меня не хватает, вот и копаюсь потихоньку. Понемногу избавляюсь от хлама, понемногу перетаскиваю к себе нужные вещи…

— И некому помочь вам? — недоверчиво поинтересовался Павлик.

— Ох, некому! То есть не совсем… Иногда мне помогает кузен моего мужа, но он работает, вечно занят. А муж сейчас в Ливии. Я тоже работаю, дочка ещё маленькая, нельзя её одну оставлять по вечерам, каждый раз приходится просить соседку, чтобы присмотрела. Живу же я на Хомичувке, страшно далеко отсюда, так что сами понимаете, скоро здесь мне не управиться.

— В выбрасывании хлама мы бы могли помочь пани, — благородно вызвался Павлик. Женщина не поверила своему счастью:

— В самом деле?

— Конечно! — подтвердила Яночка. — Живём мы недалеко отсюда, ничего особенного… Женщина вся расцвела.

— С благодарностью воспользуюсь вашей помощью, милые дети. И в долгу не останусь. Погодите, — спохватилась она, — ведь не для того же вы просили встретиться с вами, чтобы помочь мне избавиться от хлама? Ты, девочка, писала о каком-то важном и таинственном деле. Что за важное дело?

Павлик солидно откашлялся, Яночка потянулась к своей сумке, лежащей на столе.

— Собственно, у нас к вам два дела, — начала девочка. — Во-первых, мы хотим вам сообщить, что наш дедушка филателист…

— Не просто филателист, а большой знаток в этом деле, — солидно добавил брат. — Он эксперт, его все знают…

— Да, он известный эксперт-филателист и тоже коллекционирует марки. Он и нас научил, вот почему тогда я сразу обратила внимание на ваши письма. А дедушка занимается марками с детства и уже много лет разыскивает одну затерявшуюся коллекцию марок, ещё довоенную, очень важную для филателистов.