Тувалу — аналогично.

Все затонувшие острова Земли воспроизведены таким образом.

Большая Йеллоустоунская экосистема-34 — последний из тридцати четырех террариев, представляющих собой различные версии, созданные по шаблону этой великой биомы.

Экстремофильные биомы, гибельные для человека, но пригодные для жизни организмов, выделяющих лекарственные вещества и модификаторы.

Обреченные на исчезновение биомы, созданные по старым параметрам и запечатанные, как пробирки с образцами.

Маленький Принц — накрытый пологом внешний террарий с атмосферой, из-за чего край его кажется голубым.

Вихрь, обитатели которого наблюдают за чужаком.

Миранда — ставшие троянцами (троянскими астероидами) сведенные спутники Урана на орбите вокруг Солнца, полностью накрытые пузырями-оболочками; глубокие пропасти и грандиозные хребты покрыты снегом, идущим при низком тяготении; швейцарская архитектура — мечта жителей Альп.

Икар — мир летунов, освещается солнцем через прозрачную щель на поверхности, чтобы сделать максимальным открытое воздушное пространство.

Персиковый Источник — реконструкция династии Тан; похоже на ожившую китайскую картину.

Террарии миоцена, мелового периода, юрского периода и докембрия.

Капля — акварий, заполненный водой и населенный океаническими существами.

Каньон Королевских Секвой — расширенное воспроизведение калифорнийской Сьерра-Невады.

И так далее. Примерная оценка — девятнадцать тысяч населенных астероидов и спутников.

Свон и Мкарет

Свон сидела в космопорте между кратерами Шуберта и Браманте, переполненная непонятно откуда взявшимися сожалениями. Невозможно, чтобы она сожалела о служебном туннеле — его Свон уже начала забывать. Пусть помнит Полина. Никогда не оглядывайся. Зачем? Но все-таки что-то было — она словно оказалась у границы чего-то очень важного. Что он сказал? Что туннель не отличается от всего остального? Она никогда с этим не согласится.

Когда она собралась отправиться с Женеттом и его группой из интерпланетной полиции, к ней снова пришел Мкарет.

— Ты такая стойкая, — сказал он и погладил Свон по голове, как маленькую. Но она знала, что он принимает ее всерьез. Поэтому покачала головой.

— Нет, — сказала она. — Я распадаюсь. Не могу с этим справиться.

Он тут же встал на ее сторону.

— Конечно, вынужденное заключение не для тебя. Никогда не попадай в тюрьму и не отправляйся в космос в скафандре. Это не твое. Но в этот раз ты молодцом, справилась.

— Не вижу, в чем это проявилось.

— Ну, эта солнечная вспышка ударила раньше, чем ты оказалась в укрытии; дозиметр твоего скафандра показал, что тебе досталось гораздо больше, чем остальным. Не хочу тебя пугать — с тобой все будет в порядке: я слежу за твоим восстановлением, и все идет прекрасно, — но на самом деле ты получила очень большую дозу.

— Десять зивертов, — пренебрежительно сказала Свон. — Не так уж много.

— На самом деле очень много. Ты смотрела на солнце дольше остальных. Разве не ты загородила товарища?

— Да, я загородила, но он вдвое шире меня. Уверена, что не очень-то я его защитила.

— Он получил всего три зиверта. На самом деле, кстати, ты лишь немного уже его. Ты спасла его от полной мощности.

— А потом он спас меня. Несколько дней нес меня на себе.

— Вы квиты. Но послушай, десять зивертов — смертельная доза, и ты должна была сильно ослабеть. Хотя, как я сказал, все будет хорошо.