— Но ведь диспозицию, наверное, можно изменить? — предположил я.

— Конечно, можно, — ответил мне сэр Уолтер, — но это очень и очень нежелательно. Она результат тщательной и долгой разработки и, конечно, можно что-то изменить, но в целом ничего уже сделать нельзя. Мне не дает покоя мысль, что нашим врагам известны все детали диспозиции, как будто они выкрали пакет с документами. И, конечно, они знают, что мы практически ничего не можем сделать.

— Надо увеличить охрану Руайе, пока он будет здесь с визитом, и сделать то же самое в Париже.

— Руайе приглашен на ужин к моему шефу, а затем у меня состоится совещание, на котором будут присутствовать Руайе, министр обороны сэр Артур Дру, начальник генерального штаба генерал Уинстенли, Уиттекер из адмиралтейства и ваш покорный слуга. Первого лорда адмиралтейства не будет на совещании, он болен. Уиттекер передаст Руайе бумаги, а затем он под охраной поедет в Портсмут, где его ожидает эсминец, на котором он прибудет в Гавр. И Уиттекер, и Руайе будут все время находиться под усиленной охраной, и я не понимаю, как наши враги могут перехватить документы. Я просто не нахожу себе места, а тут еще это убийство Каролидеса. Вся Европа сейчас как разворошенный муравейник.

Когда мы вышли из-за стола, он спросил меня, умею ли я водить машину. Я ответил, что, приехав в Лондон, любил раскатывать на взятой напрокат машине по окрестностям Лондона.

— Ну вот и хорошо, — сказал сэр Уолтер, — поедете со мной в Лондон. Вы уже имели дело с этими людьми, так что я рассчитываю на вас. Наденьте кожаную куртку, чтобы все принимали вас за моего шофера.

Июньское утро было восхитительно. Вся природа цвела и благоухала. Быстро промелькнули чистенькие маленькие города и деревеньки, и вот мы уже мчались по лондонским пригородным улицам. Я оставил машину у подъезда дома на Куинн Анн-гейт ровно в половине двенадцатого. Дверь нам открыл суровый дворецкий, который прибыл сюда с ранним поездом.

Сэр Уолтер решил, что мы первым делом должны посетить Скотланд Ярд. Мы были приняты сухопарым чопорным джентльменом с каменным лицом.

— Позвольте представить вам убийцу с Портлендплейс, — начал сэр Уолтер.

На каменном лице появилась едва заметная улыбка.

— Я знаю, как вы любите сюрпризы, Балливант. Но мистер Ханней, которого вы мне, очевидно, представляете, уже не вызывает у нас того интереса, какой он возбуждал два недели назад.

— Мистер Ханней может рассказать вам много такого, что будет не только интересно, но и, я, уверен, весьма поучительно. К сожалению, сейчас у него очень мало времени, но завтра он обязательно расскажет вам о своих приключениях. Мне бы очень хотелось, чтобы вы удостоверили его, что власти не имеют к нему никаких претензий.

— Разумеется, вы свободны от каких-либо обвинений в убийстве, — обратился ко мне чопорный джентльмен. — Считайте, что ничего не произошло. Если хотите, можете снова поселиться в той же квартире. Но я думаю, вам это будет неприятно. Поскольку дело не дошло до суда, то, следовательно, ваша реабилитация не является необходимой. И, я думаю, вам это весьма и весьма выгодно.

— Имейте в виду. Мак-Гилливри, вы нам еще понадобитесь, — сказал сэр Уолтер на прощание.