Томас Эдисон посещал школу только три месяца, потому что учитель считал его неспособным. Мать учила его дома всему, что знала сама, читала с ним писателей восемнадцатого века: Гиббона, Юма, Ньютона – и разрешила устроить в подвале лабораторию.

Каждый раз как он вычитывал что-нибудь в книгах он шел к себе в подвал и пробовал сделать то же.

Двенадцати лет, нуждаясь в деньгах для покупки книг и реактивов, он взял подряд на доставку газет на дневном поезде из Детройта в порт Гурон. В Детройте была публичная библиотека и он прочел ее.

Он устроил лабораторию в поезде и каждый раз, как он вычитывал что-нибудь в книге, он пробовал сделать то же. Он установил там печатный станок и печатал газету «Геральд».

Когда разразилась Гражданская война он наладил информацию и хорошо зарабатывал на больших битвах. Потом он уронил палочку фосфора и поджег вагон и его выкинули из поезда.

К этому времени он был уже известен как мальчик – издатель первой газеты, выпускаемой в движущемся поезде. О нем писали в лондонском «Таймсе».

Он выучился телеграфному делу и стал ночным телеграфистом на узловой станции Стратфорд в Канаде, но как-то раз пропустил товарный поезд за семафор, и ему пришлось уйти.

(Во время Гражданской войны всякий знающий телеграфное дело мог найти работу повсюду.)

Эдисон странствовал по всей стране, нанимаясь и бросая работу и переходя дальше, читая все, что только удавалось достать, и каждый раз как он читал о каком-нибудь научном эксперименте он пробовал сделать то же, каждый раз как ему доверяли машину он ее переделывал по-своему, каждый раз как его оставляли дежурить на телеграфе он устраивал опыты с проводами. Это часто стоило ему места и ему приходилось менять работу.

Так побывал он бродячим телеграфистом по всему Среднему Западу: Детройт, Цинциннати, Индианаполис, Луисвилл, Нью-Орлеан, всегда без гроша, весь перепачканный Реактивами, всегда занятый опытами с телеграфом.

Он работал в «Уэстерн Юнион» в Бостоне.

В Бостоне он построил модель первого своего изобретения, автоматический счетчик для голосований в конгрессе, но конгрессу не нужен был автоматический счетчик для голосований, и Эдисон зря съездил в Вашингтон и кругом задолжал и ничего не выручил на этом деле; потом он изобрел биржевой телеграфный аппарат и особую сигнализацию от воров и сжег всю кожу на лице азотной кислотой.

Нью-Йорк уже стал главным рынком капиталов, новых идей, золота и банкнотов.

(Эта часть написана Горацио Алджером)

Когда Эдисон приехал в Нью-Йорк, у него не было ни гроша и долги в Бостоне и Рочестере. В то время золото стоило выше номинала и Джей Гулд пытался еще взвинтить цену. Уолл-стрит обезумел. Некто Ло установил электрический индикатор (изобретенный Каллахэном) который указывал цену золота в маклерских конторах. Эдисон в поисках работы, без гроша в кармане и без каких-либо перспектив шатался по центральной станции, болтая с телеграфистами, как вдруг главный передатчик с треском остановился в самый разгар бешеной биржевой игры. Все на станции потеряли голову. Эдисон взялся за дело, наладил аппарат и получил место на 300 долларов в месяц.

В 69-м, в год Черной пятницы, он открыл электротехническую контору в компании с неким Попом.

С этих пор он работал самостоятельно. Он изобрел биржевой телеграфный аппарат, и тот имел успех. У него была механическая мастерская и лаборатория; каждый раз, как ему приходило в голову какое-нибудь усовершенствование, он пробовал осуществить его. Он заработал 40 000 долларов на своем универсальном телеграфном аппарате для биржевиков.

Он снял помещение в Ньюарке и стал работать над автоматическим телеграфом и разрабатывать способы передачи двух и четырех телеграмм одновременно по одному проводу.

В Ньюарке он возился вместе с Шольсом над первой пишущей машинкой и изобрел мимеограф, угольный реостат, микротазиметр и впервые изготовил парафиновую бумагу.