|
Брат его дослужился до генеральского чина. С детства Фейр был приписан к одному из индийских полков, в котором и начал служить в 1828 году. В 1835 году, через десять лет после окончания первой англо-бирманской войны, его перевели в южный бирманский порт Моулмейн, оказавшийся к тому времени в руках англичан, а в 1837 году Фейр переехал в Аракан, юго-западную провинцию Бирмы. В Аракане он уже стал районным офицером и к 1849 году был назначен комиссаром всей провинции. В свободное от комиссарских занятий время Фейр занимался изучением бирманской истории. За годы, проведенные в стране, Фейр многое узнал. Он не чурался бирманцев, не избегал знакомств, усердно посещал пагоды, беседовал с настоятелями монастырей и вельможами гибнущей бирманской империи. Несколько раз он возглавлял миссии и посольства к бирманскому двору, а в 1862 году был назначен верховным комиссаром всей Британской Бирмы. Через пять лет Фейр ушел в отставку, но не почил на лаврах. Отставной комиссар много путешествовал по Африке и Азии и написал ряд книг. Скончался он в 1885 году.
Фейр был самой подходящей фигурой для написания первой английской истории Бирмы. Он был одним из тех, кто делал британскую политику в Бирме, кто полностью понимал действительные причины оккупации страны и необходимость оправдать эту оккупацию. Он понимал также, что для того, чтобы управлять народом, надо как можно больше знать о нем, и знание истории Бирмы было совсем не лишним для английских чиновников. Жизнь Фейра показывает, что он был более чем кто бы то ни было знаком с Бирмой, поездил по ней, имел доступ ко всем документам и трофеям, лично общался с бирманской аристократией, с бирманскими учеными. Фейр был выдержан, пунктуален и методичен, являя собой образец идеального колониального служаки. И эти его качества проявились в его исторических работах, в первую очередь в «Истории Бирмы», вышедшей в Лондоне в 1883 году, за два года до полной оккупации страны. Серьезность работы, явная осведомленность автора и подчеркивание доброжелательного отношения к бирманцам создали книге широкую известность. «История Бирмы» Фейра стала классическим трудом. Даже в XX веке книги о Бирме в своей исторической части основывались на труде Фейра. Родилась легенда о Фейре — друге бирманцев. Совсем недавно английский историк Тинкер говорил, что Фейр «писал с бирманской точки зрения, так что его история Бирмы не стала историей Бирмы с точки зрения англичанина или историей европейских контактов с Бирмой, но отчетом о возвышении и падении монархии в Бирме в большой степени так, как это описано в бирманских хрониках». История Паганского государства занимает треть «Истории» Фейра. Это — почерпнутое из бирманских хроник описание битв и походов, дворцовых переворотов и заговоров. Тот же Тинкер, который весьма сочувственно относится к Фейру, признает, что, «очевидно, у Фейра не хватило уверенности в себе для того, чтобы оторваться от истории типа „Вильгельм Завоеватель“». Много места Фейр отводит проблеме возникновения первых бирманских государств. Если в своих специальных статьях, написанных за двадцать лет до «Истории», Фейр говорил, что бирманцы сформировались как народность в Центральной Азии, что они появились в Бирме, обладая собственной культурой, то в официальной истории он пишет: «Традицию приписывать построение первых городов и создание бирманской монархии индийским поселенцам, принцам ли Кшатрия или кому бы то ни было можно считать правильной… Арийские иммигранты научили бирманцев простейшим ремеслам, как, например, прядению и ткачеству… что было исключительно важным для грубого народа». Получалось, что бирманцы не умели не только строить городов, но и не знали даже самых простых ремесел. Бирма всем обязана пришельцам. Эту мысль развил и довел до логического завершения ученик и последователь Фейра английский ученый Харви, «История Бирмы» которого появилась уже в начале нашего века. |
